Книга Два сплетенных венца, страница 97 – Рейчел Гиллиг

Раздался треск рвущейся веревки, что-то мелькнуло – Рэйвин успел уловить это движение краем глаза. У Хесис было лишь мгновение, чтобы отвести клинок от Рэйвина, направляя его на Кошмара.

Она не успела.

Кошмар сорвался со столба. Он впечатал тыльную сторону ладони в волчий череп ее маски, и по двору разнесся мерзкий треск. Хесис закричала, шпага, которую она выронила из рук, с хлюпающим звуком упала в грязь.

Ото рванулась к сестре, но Рэйвин шагнул вперед, перехватил ее – и швырнул оземь. Когда она попыталась дотянуться до клинка, Джеспир наступила ей на руку своим сапогом.

— Карманы, – процедил Рэйвин. – Наши Карты. Быстрее.

Джеспир обшарила карманы Ото и вытащила их Карты: Кошмар, Зеркало, Деву и две Черные Лошади – свою и Горса.

Ото злобно смотрела на них сквозь пустые глазницы маски.

— Если Король использует на вас магию Чаши, это убьет каждого, кто находится здесь. Их кровь будет на ваших руках.

— До этого не дойдет, – крикнул Кошмар, он и Петир уже метнулись к куче оружия. – У меня есть планы на Роуэнов.

Петир протянул Рэйвину его пояс с ножами, сумку и меч.

Опал Хоторн, обняв сыновей за плечи и широко распахнув глаза, отступила к дверям форта.

— Замок Ю, – сказал Рэйвин, приближаясь. – Если здесь станет небезопасно, ступайте в замок Ю. Моя семья защитит вас.

Опал кивнула, неотрывно глядя на что-то за его плечом. Ее глаза вновь наполнились слезами.

— А Элспет? – спросила она с дрожью в голосе.

— Я верну ее, – отрывисто отозвался Рэйвин. – Чего бы это ни стоило.

Дверь форта заскрипела, и Петир с Джеспир поспешили внутрь. Рэйвин протянул Опал руку, уверенный, что она не из той породы, чтобы ее могли смутить его дрожащие пальцы, – и оказался прав. Она пожала его руку. Крепко.

— Удачи.

Когда Рэйвин обернулся, чтобы взглянуть на двор, Ото уже спешила к сестре. Хесис недвижно распласталась по земле. Ее маска разбилась, и осколки костей усеяли землю вокруг. Ее лицо было в крови.

— Кошмар, – процедил Рэйвин сквозь зубы.

Монстр рассмеялся и выскользнул прочь из форта.

— Она будет жить. Я лишь отплатил ей за то, что она сломала тебе нос.

— Я тебя об этом не просил.

— Нет. Но Элспет просила.

Элм не спускался в катакомбы под замком с самого детства. Он держал в одной руке факел, в другой – кольцо с ключами, сжимая кулаки до побелевших костяшек и вздрагивая на каждом повороте.

Не то что Айони. Казалось, ее ничто не могло испугать – прелюбопытное последствие воздействия Девы. Ни одна тень не была достаточно велика, ни одна зала не была достаточно холодна, чтобы ее лицо сменило свою неулыбчивую суровость на что-то иное.

Ее новое платье, должно быть, опять было взято взаймы. Бледно-серое, с рукавами, прятавшими запястья, и воротом, застегнутым под подбородком. Бесформенное мерзкое одеяние. Дважды Элм ловил себя на том, что смотрит на него. Дважды Айони осаживала его мрачным взглядом.

В третий раз она поймала его на разглядывании уже у личных хранилищ короля.

— Деревья… – ее голос эхом отразился от каменных стен. – Что?

Элм прочистил горло.

— Ничего.

— Давай, – Айони опустила глаза на свое платье, – расскажи, как оно тебе ненавистно. Я знаю, тебе не терпится.

Он взлохматил волосы на затылке и уставился прямо перед собой.

— Ты выглядишь хорошо.