Книга Два сплетенных венца, страница 155 – Рейчел Гиллиг

— Мне все равно, стану ли я королевой. – Она притянула его к себе и прижалась дрожащими губами к его рту. – Ты не Хаут. И не тот мальчишка, которого он мучил. Это было бы ужасно неразумно – умереть лишь для того, чтобы это доказать. Пожалуйста, Элм. Пойдем со мной.

Ее поцелуй был на вкус как слезы. Элм утонул в нем. А потом отстранился.

— Садись на коня и уезжай, Айони.

Когда ее ореховые глаза затуманились, околдованные его Косой, Элму стоило последних сил не отвернуться. Айони вскочила на коня, пришпорила его, и в ее волосах, развевающихся на ветру, словно сказочная золотая лента, запутался лунный свет. Она закричала, выкрикивая его имя, разрывая в клочья последний кусочек его прогнившего сердца.

«Уезжай, – велел он. – Не оглядывайся».

Она боролась. Будь она проклята, она боролась, чтобы оглянуться. Слезы жгли глаза Элма.

— Увидимся в лесу, – пробормотал он. – По щиколотку в грязи.

Кровь струилась из его ноздрей, затекая в рот. Он уселся на дорогу и вынес боль, как всегда.

Двадцать минут спустя он наконец коснулся Косы отца.

Когда дестриэры нашли его, Элм смотрел на луну – яркую, равнодушную, привычным образом ползущую по небу.

Кошмар молча стоял на берегу. Рэйвин не вернулся. А Джеспир… тьма, клубившаяся в ее жилах, отступила. Но ее глаза оставались закрытыми, а дыхание – редким, тяжелым.

Кошмар склонился к ней. А потом, ссутулив плечи, медленно опустился на песок и прижал Джеспир к себе, словно ребенка.

— Когда я смотрю на нее, я не знаю, кого она напоминает мне больше: Айрис или Тилли. – Он всматривался в ее лицо, и шепот его был не громче шума волн, облизывающих берег.

Время замкнулось в кольцо, подобно позолоченной короне, венчавшей когда-то его голову. Рэйвин и Джеспир – Таксус и Айрис. Пять сотен лет обращались в ничто на этом бледном безжизненном берегу.

— Твоя сестра умерла в ольховой роще? – спросила я, уверенная, что знаю ответ.

«Да, – его голос был тихим, пропитанным сожалением. – Я пытался отнести ее тело домой. Дошел до середины пути, но я так устал… Я хотел сберечь силы – запомнить все, что Владычица и деревья поведали мне о том, как объединить Колоду и создать амулет. Я…»

Он надолго умолк.

«Я опустил Айрис на землю в тихой долине. И ушел».

«Что сделал Брут Роуэн, когда ты вернулся, а его жена – нет?»

«Сломал мне нос. Подождал три месяца».

«А потом убил тебя и твоих детей».

«Да».

Я не знала, что сказать ему теперь, когда наконец познала все его тайны. Он всегда был хранителем великой магии и знаний, а я была его обездоленной подопечной, жадной до каждой крошки, которой он мог со мной поделиться.

Но время не стоит на месте, и правда всегда выходит наружу. Он сам сказал это однажды. У меня не было способов удержать его, но я прижалась сознанием к стене нашего общего разума и шепнула: «Хватит загадок, друг мой. Чего же ты на самом деле хочешь?»

«Продолжать переписывать историю, – отозвался он. – Одиннадцать лет я отнял у тебя, Элспет Спиндл. Когда меня не станет, я хочу оставить тебе лучший Бландер, чем тот, что я создал, пока был королем».

Я покатала по языку свое имя: «Элспет Спиндл. Я не уверена, кто это – без тебя».

«Ты узнаешь. Ты встретишься с собой – без меня – очень скоро».

После стольких лет, на протяжении которых я мечтала о том, что он вдруг пропадет, исчезнет, оставит меня одну, отчего-то его слова вдруг отозвались во мне грустью.