Книга Дитя титанов, страница 85 – Джен Уильямс

* * *

Три дня спустя, когда Белиза нашла время прочесать сад, предварительно захватив из кухни ненужные банки, она принесла Малакиму плоды своих трудов. В банках сидели два сверчка, которых, как сказал ей один кухонный мальчишка, здесь зовут кузнечиками, один толстый паук, крапчатый, как птичье яйцо, один мотылек и один жук-олень, блестящий и черный. Чтобы поймать его, Белизе пришлось сделать над собой особое усилие – каждый раз, подкрадываясь к нему, она вспоминала Подземелье и хитиновый шелест тысяч и тысяч жуков, которые маршировали в темноте общей могилы, шипя, точно волны на гальке. И все же она не сдалась, и теперь жуки сидели в банках по одному, среди травы или веточек. Малаким рассматривал их, а его нянька внимательно наблюдала за ним. С тех пор как его мать убила сверчка, мальчишка умолк и замкнулся.

— Ну, как они тебе, нравятся? – спросила его Белиза. – Можем поискать вместе, если хочешь. Наверняка там есть что-нибудь такое, чего мы еще не видели.

Бледная рука Малакима легла на банку с пауком. У мальчика был такой вид, словно он с чем-то борется.

— Спасибо, – выдавил он наконец. – Спасибо тебе.

Когда они добрались до границы Эльвинии, солнце уже стояло в зените. Зубчатая линия гор еще только показалась на горизонте, а Инис уже почувствовала себя так, словно кусок ее сердца, вырванный два года тому назад, вернулся на свое место, и ей стало легко, как уже давно не бывало. По пронзительному крику сестры она поняла, что и Т’руук чувствует то же самое. Они летели бок о бок, и светящиеся голубые крылья Инис отбрасывали дрожащие отблески на туман, стелившийся по предгорьям даже в середине дня.

— Ну как, сестренка, хорошо дома? – подала голос Т’руук.

Инис улыбнулась. У нее не было слов. Разве есть такие слова, чтобы описать восторг от возвращения домой на собственных крыльях?

— Отлично, – просто ответила она.

Однако настала пора подумать и о других вещах, о которых Инис не вспоминала уже давным-давно, и, когда под ними поплыли скалы, заросшие папоротником, ей стало немного не по себе. Ведь их с Т’руук изгнали из Эльвинии после драки с парой молодых грифонов – драки, в которой Инис своим когтем-ножом срезала перья с головы грифона. Тогда им запретили возвращаться. И вот теперь они летят в самое сердце Эльвинии. Что их там ждет? Можно ли надеяться, что их простят только потому, что они долго отсутствовали? Но ведь горные грифоны ничего не знают о том, через что сестрам пришлось пройти, как и о том, что они с Т’руук какое-то время жили рядом с Костопадом.

— Королева Феллвин ничего не забыла, – сказала Т’руук, словно услышав мысли Инис. – Но теперь мы йостра, совсем взрослые. И если те паразиты, с которыми мы сражались тогда, еще не уползли умирать в пещеру, мы бросим им вызов и вернем нашу честь. – И она трижды коротко каркнула, как делают грифоны, когда вызывают друг друга на бой. – Я распробую вкус их потрохов!

Инис подумала о мече, заключенном в ее правой руке, который она могла призвать когда угодно. Так что пусть старые враги дважды подумают, прежде чем называть ее протухшей едой. И все же слова Т’руук ее встревожили. Захотят ли их отцы жить с детьми, опозоренными изгнанием? Захотят ли увидеть их после стольких лет разлуки?