Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 7 – Нора Ольвич

Глубокий вдох. Должно стать легче, это просто физиология, мои клетки насытятся кислородом, уйдут зажимы и спазмы.

А слёзы — это не признак слабости, это признак того, что у человека есть Душа.

Привратник, как долго он открывал решётчатые ворота дома после того, как в маленькое окошечко деревянной двери ему протянули документы о приезде и регистрации на острове Мурано прибывшей к родне мадам графини.

Затем одна створка той самой толстенной двери, она приоткрылась и заскрипев, собиралась закрыться вновь.

Настороженный взгляд тёмных глаз на смуглом лице мужчины в полном расцвете лет, он словно обжигал и сканировал нас насквозь. Увидев меня, синьор удивившись почтительно склонил голову. Его широкие, с резким надломом брови сошлись у переносицы.

— Открывайте милейший, графиня делла Гутьеррес пожаловали в имение синьора Аппиано, вы же помните указания по этому поводу, — лейтенант, любезно не замолкая, отворял ещё шире двери и решётку, дабы тяжёлые и широкие юбки милых дам, прошли не пострадав.

Он рассказывал, не замолкая, что через широкий канал, проходящий возле дома достойного человека, синьора Аппиано его семья проложила прочный каменный мост. Что этот каменный мост построен на сваях из привезённой лиственницы, аж из самой Сибири, что не портится этот лес-де от воды, а только крепчает с годами.

Что сей мост связывает с основным домом для господ, ещё и соседний дом для служащих, и это весьма удобно и так далее, и что привратник, конечно же, нам всё покажет, а ему уже, лейтенанту, пора и восвояси, так как время позднее, а он ещё и дома не был с самого утра.

Он топтался и вроде как собирался уходить и всё же не уходил, досаждая разговорами. Его голос звучал, не переставая, иногда просто мешая думать и сосредотачиваться уставшей от эмоций и впечатлений дня голове.

Поймав взгляд шевалье Ноэля, я утвердительно кивнула. Чаевые. Нет, как бы это сказать? Благодарность за услуги. Почему бы и нет, ведь человек очень задержался при исполнении своих обязанностей, наверное, он давно уже должен быть дома. Это будет своеобразный намёк, что пора и честь знать.

— Мадам, разрешите, — Софи помогла мне снять шубку.

— Я неплохо знаю этот дом, как мне кажется, — мой уставший голос звучал очень тихо.

— Приходилось здесь бывать в детстве, помогите мне, если я ошибусь, распределяя покои для людей, что меня сопровождают — я обратилась к мужчине, который открывал нам двери.

Сдержанно склонённая голова и пытливый взгляд привратника, удивил меня. А вернее, будет сказать доверенного человека семьи. Кто он? Отчего так разглядывает моё лицо.

— К вашим услугам синьора. Вы не помните меня мадам графиня?

— Нет. В монастыре был пожар, а затем военные действия в Каталонии, меня долго прятали в подвалах чужих домов. Я была ребёнком, и не всё помню отчётливо.

От волнения я и не заметила, как, пальцы взволнованно перебирали часть оборки на верхней юбке наряда.

Мужчина не сводил с меня своего взора.

— Нас не представили, ваша светлость, разрешите?

Я неуверенно кивнула. Боясь услышать что-то, что может переполнить мою чашу сегодняшних эмоций.

— Я играл с вами, совсем ещё с малышкой. Раймонд Грэко, к вашим услугам, донна. В детстве вас все звали малышка Роз.

— Ещё одна малышка Роз, — я тихо улыбалась, — а сейчас я мадам графиня, или просто донна Дениза.