Книга Затмение; Год 1666 – Части 2, 3, страница 121 – Нора Ольвич

Кивнув, уверенно гладя рукой каменную стену, девчушка шла за мной, шепча что-то про себя. Если честно мне становилось просто не по себе, я ожидала встречи с сестрой, надеясь, что как всегда она всё очень просто и весьма рассудительно разрулит.

* * *

Она ждала, недоумённо взирая на наше появление из лабиринта, сжимая в руках мою записку, встревоженно разглядывала Ренату. А затем мы втроём стояли в центре гостиной и не сводили глаз с друг друга.

Как же объяснить вам тот факт, что слова были лишними. Наверное, только оказавшись на нашем месте, вы бы поняли, как они были ничтожно бессмысленны в этой ситуации.

А мысли, они были предательски отвратительными, несмотря на то, что я обещала девочке заботу и поддержку, они сверлили мне мозг, стараясь разнести его в клочья окончательно.

«— только не донна Федерико, я уеду тогда в Испанию и буду до изнеможения искать её родню; привезу сюда всех потомков Росаны и Максимилиана, пусть забирают свою пра — пра бабушку в этом странном обличии и нянькаются с ней всю оставшуюся жизнь».

Я молча раскладывала в своём будуаре одежду, в которой нашла Ренату, отслеживая эмоции княжны Элены.

Грязная с ужасным запахом, она была вещественным доказательством для неё. И в то же время напоминанием о том, что с ней самой произошло когда-то.

Она бледнела и нескончаемое количество раз смотрела на девочку. Фигурка и лицо княжны, на них невыносимо было смотреть; сжатые в отчаянии руки напоминали мне тот момент, когда в опере я услышала знакомую мелодию.

Глухой голос был полон чувств от невыплаканных до конца слёз и перенесённых страданий.

— Я всё правильно поняла? Ваша светлость?

— Да, княжна правильно.

— Где?

— В Порт-Глазго.

— В ночь лунного затмения?

Кивнув, обернулась в сторону Ренаты, что, затаив дыхание слушала нас.

— Выйдите с девочкой сейчас в гостиную, княжна. Вы ведь знаете, что я хочу сделать?

— Мисс, пройдёмте со мной, не беспокойтесь. Через минуту мы вернёмся в эту комнату.

Найдя в тайнике губную помаду, я писала на зеркале, то что писала уже когда-то, прекрасно понимая, что это лишние, что девочка однозначно знала назначение этого предмета. И всё же, боясь увидеть имя донны Федерико, не желая видеть его, выводила дрожащей рукой.

«Аngelique».

Я поражалась выдержки девочки, она удивительно достойно вела себя. Молча наблюдая как, мы менялись с Эленой, как заводили её вновь в будуар, ожидая от неё всего чего угодно, но только не этого.

* * *

Рената, замок в Шотландии

Она встревожена и слышит стук своего сердца в ушах, ощущая живую энергию жизни в стенах этого векового строения. И только может внутренне предполагать, что происходит.

В какой момент она посмотрела на него?

Зеркало уникальной старинной работы.

Это было как наваждение. Странные молодые особы из семнадцатого века в будуаре, не сводящие с неё ожидающих чего-то горящих взоров.

Чувство, будто не в себе. Туман; ты понимаешь, что не сошёл с ума, но чувствуешь пустоту, которая медленно наполняется другим светом, который словно живое существо, впитываясь в тебя, становится твоим навеки. А, возможно, и было им всегда, вот только потерялось когда-то. Удивительное ощущение наполненности и единства с собой. Полное понимание происходящего. Память, раскрывающаяся бутоном удивительного наполненного цветка.