Книга Я говорю нет!, страница 84 – Уильям Уилки Коллинз

Ему не хотелось принимать приглашение, затем он передумал и последовал за Франсин. Она навещала Эмили – вероятно, даже станет ее подругой. Албан вспомнил, что уже упустил шанс изучить ее характер и, если возникнет такая необходимость, предупредить Эмили, что сближаться с мисс де Сор не стоит.

— Очень мило, – заметил он, оглядывая комнату с таким видом, словно ему не интересно ничего, кроме эстампов.

Франсин решила его очаровать. В шутливом упреке она подняла брови и всплеснула руками.

— Помните, что это моя комната, и ради меня проявите к ней хоть чуточку интереса!

— Что же вы хотите услышать?

— Подойдите и сядьте рядом. – Франсин подвинулась, освобождая место на диване. В следующую фразу она вложила свое любимое стремление – вызывать у других чувство зависти. – Скажите что-нибудь приятное – скажите, что вам хотелось бы жить в такой комнате!

— Мне хотелось бы иметь такие эстампы, – заметил Албан. – Довольны?

— Ах, мистер Моррис! Подобный ответ я не приняла бы ни от кого другого, кроме вас. Ведь я знаю, почему вы не так милы, как могли бы быть! Вы несчастны. Школа потеряла все свое очарование, когда нас покинула наша дорогая Эмили. И вы это, конечно же, ощутили! – Для усиления эффекта Франсин подкрепила свое сочувствие вздохом. – Чего бы я только не отдала ради преданности вроде вашей! Я не завидую Эмили, всего лишь хочу… – Она смущенно умолкла и открыла веер. – Разве он не прелестен? – спросила она, словно желая сменить тему.

Албан повел себя чудовищно: он заговорил о погоде.

— Думаю, сегодня самый жаркий день за сезон, – предположил учитель. – Неудивительно, что вам понадобился веер. В это время года в Нидервудсе бывает весьма душно.

Франсин сдержала раздражение.

— Мне и правда жарко, – покорно признала она, желая тем самым его упрекнуть. – После Брайтона здешняя атмосфера кажется весьма гнетущей. Вероятно, печальная жизнь вдали от дома и друзей делает меня чувствительной к пустякам. Как думаете, дело в климате, мистер Моррис?

Бессердечный мужчина ответил, что виной тому местоположение особняка.

— Мисс Лэд заняла его весной, – продолжил Албан, – и обнаружила это лишь пару месяцев спустя. Мы находимся в самой высокой части долины, и все же это долина, окруженная холмами. Зимой все было прекрасно, но летом некоторые девочки настолько ослабели в здешнем расслабляющем климате, что их пришлось отправить домой для поправки здоровья.

Франсин внезапно заинтересовалась. Если бы он наблюдал за ней более внимательно, то мог бы это заметить.

— Хотите сказать, девочки заболели? – спросила она.

— Нет. Просто плохо спали, утратили аппетит, вздрагивали от каждого шороха. Короче говоря, у них расшатались нервы.

— А дома, то есть в другом климате, они поправились?

— Несомненно, – ответил Албан, теряя к теме интерес. – Можно взглянуть на книги?

Однако интерес Франсин к влиянию климата на здоровье еще не иссяк.

— Вам известно, где жили девочки, когда вернулись домой? – не отставала она.

— Мне известно только про мою лучшую ученицу – я помню, что она жила в Йоркшире. – Албана утомило ее праздное любопытство и пустые, как ему казалось, вопросы. Он встал с дивана и отправился в другой конец гостиной. – На книги взглянуть можно?

— Да смотрите!

Беседа прервалась. Леди подумала: «Я готова надрать ему уши!» Джентльмен подумал: «Она всего лишь любопытная дурочка!» Осмотр книг поверг Албана в заблуждение, что в характере Франсин нет ничего опасного для Эмили, и предостерегать ее не от чего. Отвернувшись от книжного шкафа, он поспешил закончить беседу, воспользовавшись первым же предлогом, который пришел ему в голову.