Книга Я говорю нет!, страница 39 – Уильям Уилки Коллинз

Преданная горничная покинула смертельно больную хозяйку, которой много лет прослужила верой и правдой, оставила вместо себя другую женщину, не заботясь о том, что та может услышать, ухаживая за своей подопечной, – лишь бы не встретиться с Эмили лицом к лицу после ее свидания с тетушкой, чей мозг серьезно пострадал от лихорадки. Так обстояли дела, если выразить простыми словами.

В каком же расположении духа миссис Элмазер пошла на столь отчаянные меры?

Используя ее же слова, она покинула мисс Летицию с тяжелым сердцем. Выходит, она оставила Эмили на милость незнакомого человека, пусть и движимого искренней привязанностью и уважением. То, что она страшилась подозрений Эмили, коих та вовсе не питала, и открытий, кои Эмили пока не сделала, никоим образом ее не оправдывало. Разоблачение, которого боялась старая служанка – кто бы теперь в этом сомневался? – прямо затрагивало душевное спокойствие Эмили. Скрыть это было невозможно: ни в чем не повинная племянница подверглась обману, который до сего дня оставался тайной, хранимой тетушкой и ее горничной.

Только в этом умозаключении и можно было найти рациональное объяснение выбора миссис Элмазер: либо признаться во всем Эмили, либо покинуть дом.

У окна в гостиной стоял письменный стол бедной мисс Летиции. Боясь предаваться дальнейшим размышлениям, которые могли бы окончательно лишить ее доверия к умирающей тетушке, Эмили огляделась в поисках какого-нибудь интересного занятия, чтобы отвлечься. Письменный стол напомнил ей, что нужно написать Сесилии. Отзывчивая подруга, несомненно, заслуживала первой узнать, почему Эмили не смогла сдержать данное сэру Джервису Редвуду обещание.

Упомянув телеграмму, полученную после прибытия миссис Рук в школу, Эмили продолжила письмо следующим образом:

Немного придя в себя, я сообщила миссис Рук о серьезной болезни моей тетушки. Хотя она постаралась ограничиться банальными выражениями сочувствия, я поняла: для нас обеих стало большим облегчением, что путешествовать вместе нам не придется. Только не подумай, что я невзлюбила миссис Рук из своенравия или что ты виновата в неблагоприятном впечатлении, которое она на меня произвела! Я все объясню при встрече. Пока же добавлю, что я попросила ее передать сэру Джервису Редвуду письмо с извинениями. Также я дала ему свой лондонский адрес и попросила переслать твое письмо, если ты напишешь мне прежде, чем прочтешь эти строки.

Добрый мистер Албан Моррис посадил меня в поезд и договорился с кондуктором, чтобы тот хорошенько позаботился обо мне по дороге в Лондон. Мы привыкли считать его довольно бессердечным и очень ошибались! Не знаю теперь, чем он собирается заняться во время летних каникул. Куда бы он ни поехал, я буду помнить его доброту и желаю ему самого наилучшего!

Милая моя, я не должна омрачать твое удовольствие от поездки в Энгадин, описывая свои печали. Ты знаешь, как я люблю свою тетушку и как благодарна ей за поистине материнскую заботу обо мне. Доктор не скрывает правды. В ее возрасте надежды нет: моя последняя родственница со стороны отца, моя самая дорогая подруга умирает.

Нет! Не следует забывать, что у меня есть и другая подруга – отныне буду искать утешения в мыслях о тебе!

Мне очень одиноко, и я очень жду письма от моей дорогой Сесилии! Никто-то меня не навестит, когда я так нуждаюсь в утешении – в огромном городе я совсем одна. Родня матери живет в Австралии – за те годы, что прошли с ее смерти, они мне даже не написали. Помнишь, с какой радостью я предвкушала новую жизнь после окончания школы? Прощай, моя дорогая. Пока вижу перед мысленным взором твое милое личико, я не отчаиваюсь, каким бы мрачным ни казалось мне будущее.