Книга Индивидуум, страница 213 – Полина Граф

— Он будет жить, — резко перебил Водолей. — Отлично.

— Давайте пока оставим протекторов, им нужно прийти в себя, — предложил Гесцил, подойдя к Альдебарану. — А нам есть что обсудить.

Тот нехотя кивнул.

— Вы, как всегда, правы, луц. — Его мрачный взгляд скользнул к двум темным. — Я надеюсь, что и тан Ранорий в этот раз присоединится к нам. Во избежание новых кровопролитий.

— Понимаю! Я и сам готов кого-нибудь пырнуть за бокал кармина! — рассмеялся Гесцил, хлопнув префекта по спине, при этом махнув одному из своих слуг. — Займись этим. И все-таки как удачно, что я был самым ближайшим и незанятым из всех Паладинов, хотя вынужден отвечать за военный кризис с дэларами! Приятная передышка, знаете ли. А я думал, тут будет скучно!

Эквилибрумы удалились, а мы стояли в гробовом молчании. Нарушал его лишь кряхтящий Дан, который пытался подняться.

— Как много времени это займет? — спросил я у Рамоны.

— Когда как, милый. Обычно минут десять-пятнадцать. Иногда дольше.

— Откуда у него такая метка? — Сара осторожно присела рядом с Рыбами. — Я ни разу не слышала, что Коул таким владеет.

— Он не любил об этом распространяться, — хмыкнула Рамона. — Для него это не самая приятная история из его жизни.

— Не самая приятная? — Ханна наконец оторвалась от беглого осмотра Дана и приблизилась. — Это великолепная метка! Вот почему он такой старый, верно?

— Отчасти. Не забывай, что он прекрасный воин, ко всему прочему.

Я сосредоточенно наблюдал за телом. Помимо видения душ и блуждания по ним, мне удавалось ощутить издалека мощные эмоции и силу эфира. Но жизнь без телесного контакта я не чувствовал. Оттого дернувшаяся рука Змееносца стала неожиданностью и для меня.

— Живой, — облегченно выпалила Сара.

Коул вздрогнул, глаза расширились. Они слепо бегали, пока протектор силился вдохнуть.

— Все хорошо… — Рамона мягко рассмеялась. — Хорошо.

Но что-то было не в порядке. Змееносец изогнулся, как от резкой боли, и нездорово раскашлялся, оставляя на Рамоне красные брызги. Сапоги скользили по кровавой луже, смешивая ее с пылью раздробленных камней.

Наконец его до жути вытаращенные глаза нашли Рамону. Он обхватил ее за шею, белая перчатка, впитавшая кровь, размазывала красные пятна по челюсти протекторши.

— Уведи меня… — сипло выдавил он сквозь стиснутые зубы, притягивая Рамону к себе. — Сейчас же!

Закряхтев от боли, Коул, казалось, был готов вот-вот потерять сознание.

— Ему надо обратно на ладью, — встрепенулась Ханна, помогая поднять Змееносца.

Рыбы тряхнула головой.

— Нет! Это небезопасно!

— Небезопасно?! Нам нужно ввести его в стазис, если раны все еще…

— Я сказала — нет! — рявкнула Рамона. Она затравленно оглядела нас. — Вылечите Дана и Максимуса. Коула оставьте мне. Все будет хорошо.

Стоило Ханне отпустить Коула, как он повис на Рамоне.

— Я помогу, — сказал Стефан и занял место Девы.

— Не…

— Мне плевать, дотащим его куда надо, — огрызнулся он.

Замогильный стон Змееносца заставил Рамону не тратить время на ругань. Пока они ковыляли к коридору, Дан уже смог встать на ноги, опираясь о Ханну. Я оглядел его плачевный вид. С него продолжала стекать кровь, особенно с руки — там удар пришелся ровно на внутренний сгиб локтя. Дан даже не пытался ею пошевелить. Растрепанный, он еле подволакивал ногу. Форма изодрана, оценить навскидку серьезность самой огромной раны я даже не смог. Но Дан был на ногах, хоть и плох. А значит, пациент будет жить.