Книга Индивидуум, страница 129 – Полина Граф

Он протянул Дану бутылку. Волк не мигая взирал на Стефа.

— Сегодня у тебя день рождения. Забей на протекторов, заоблачников и всех остальных деградантов. И на Рамону тоже. Собери себя в ведро.

Не знаю, почему Дану эти доводы показались исчерпывающими, но он выхватил у Стефана алкоголь и с недовольством посмотрел на этикетку.

— Один день, — тихо произнес Дан, пока Стеф откупоривал зеленую бутылку и делал глоток.

Он бросил в меня еще одной. Я от неожиданности едва не проворонил снаряд.

— Тебе особое приглашение нужно, звезданутый?

Открутив крышку, я принюхался к терпкому сладкому аромату и неуверенно сказал:

— Не думаю, что это хорошая идея.

Прошлая попойка происходила на день рождения Стефа, и основную часть я, спасибо Свету, пропустил. Приоткрыв дверь, я застал некое постмодернистское представление: Стефан и Паскаль — люди, которые, казалось бы, должны были находиться максимально далеко от искусства, но на самом деле лучше других в нем понимали, — наклюканные, стояли по разные стороны от стола и крыли друг друга матом в адском надрывном споре насчет авангардного искусства и старой школы. И пока Стефан уже перемахивал через препятствие в готовности откусить лицо Паскалю, защищая супрематизм с футуризмом, а тот уже сделал розочку из бутылки, я тихо и с ужасом слинял. Потом за погром на этаже с них содрали по году памяти.

— Да у нас не бывает хороших идей! — говорил он мне теперь. — Не бы-ва-ет. Какая уже разница, что мы сейчас делаем, если на днях может нагрянуть очередной конец света? Так что сегодня отмечаем.

— Но это время можно потратить на…

— О, и кстати! — воскликнул Стефан, глотнув еще раз. Глаза коварно загорелись. — У меня давно уже вопрос был. Про тот период, когда ты получил от Антареса способность видеть души. Ты же только тогда этим занимался, ага, да? Ну вот и скажи, сколько мерзкого и неловкого успел за это небольшое время увидеть? Извращенные фантазии? Вытирание козявок о диван? Поедание пиццы с ананасами?

Засранец, — сдавленно подумал я, замерев.

Он знал, что способность никуда не делась. И случалось — редко, но все же, — я нехотя становился свидетелем некоторого дерьма.

Под холодящим прессом этих воспоминаний я опрокинул бутылку, чем вызвал хохот Стефа. Усмехнулся даже Дан.

Препирательства стихли довольно быстро, мы вошли во вкус. И несли всякую чушь. Высмеивали других, иногда оскорбляли друг друга, но в итоге смеялись так, что мне становилось плохо. Так прошел час, может, два. В какой-то момент Стеф добрался до патефона, подаренного Даном на мои девятнадцать лет. Перерыв все пластинки, он заключил, что я «мрачный задрот». В основном там был рок и хеви-метал. Стеф некоторое время выбирал между System of a Down и Metallica, а остановившись на вторых, врубил на всю комнату «Ride the Lightning».

— Это ужасно! Как будто кошке хвост выкручивают! — восклицал Дан, хватаясь за голову, как только раздался первый куплет. — Как такое вообще слушать можно?!

Вместо ответа я, давясь от смеха, начал подпевать. В меня полетела книга, но уклониться было легко, поэтому она исчезла за балконом.

— Будущее наступило, старик! — отвечал Стефан, тыкая в него пальцем.

— Если эта музыка для тебя — будущее, то у меня для тебя плохие новости, динозавр, — сообщил я, глядя за перила в жалкой попытке рассмотреть книгу на далекой земле.