Онлайн книга «Индивидуум»
|
Вскоре ее сердце сжалось. Она впилась в пластину пальцами и глазами, все больше уверяясь, что нашла нужный способ. В первой же инфоре! Чертовы заоблачники, не могли сразу выдать необходимое! Связь с другими душами… Сама инфора называлась «Сквозь время и материю», и это название не обещало Фри ничего хорошего. Отчасти она даже понимала, почему информация об этом обряде была нежелательной для протекторов. «…высок шанс заблудиться…» «…всего одной ошибки достаточно…» «…необходимо количество праетеров эфира, равное…» Фри стиснула зубы от накатившей дрожи. Столько эфира у нее не было, так что вопрос по запуску манипуляции оставался открытым. Но она верила, что перед ней — самый лучший способ. Он не требовал конкретного имени призываемого, лишь образ в памяти. А она сомневалась, что Хранителей на самом деле звали именно так, как она запомнила. Фри принялась быстро делать копии на энергласс. Закончив, она отложила инфоры и поднялась, осторожно выглянула за угол и уже хотела выйти из укрытия, как вдруг оступилась. Энергласс зацокал по лестнице, проглоченный темнотой. Фри выругалась, сразу подумав, что общение со Стефом на нее пагубно влияет. Она еще раз посмотрела на зал и, удостоверившись, что протектор под чутким надсмотром звезды все еще склеивал разбитые инфоры, со вздохом посеменила вниз. Света не было, Фри пришлось зажечь фонарик-солнце. Лестница постепенно расширялась, но заканчиваться вовсе не собиралась. Протекторша дошла до ровной площадки, когда портал арки, от которого она начала спуск, превратился в маленькую сияющую точку. Энергласс валялся под ногами, даже не треснувший, но поцарапаться успел. Фри с досадой поглядела на побитое стекло, а убрав его в сумку пояса, внезапно для себя обнаружила огромную картину на стене. Угловатые изображения, будто с витража, были выполнены в приглушенных оттенках. Происходящее описывало одну из битв между Тьмой и Светом на какой-то планете под десятком лун. Фри медленно двинулась дальше по лестнице, встречая новые полотна на обеих стенах. Некоторые она узнавала. Вот Верховный Ганистан Мирный, казненный темным Паладином Нивет Белоокой, а на их фоне — черное небо с кроваво-алым серпом звезды в затмении. Темный рок и плач Реревны Милосердной. Она была одним из высших анимусов — Прима-окулум — и отдала весь накопленный Свет через слезы, впитавшиеся в землю, только бы спасти один из старейших анимериумов Света. Говорили, что местность, где она плакала и умерла, до сих пор накрывал Купол Реревны из золотистого сияния. Разрушение Струнных Башен, великое путешествие по Магнитному океану, геноцид генума Тамалекрон. Фри шла и шла, смотрела, пока не увидела Бунт Золотых знамен и битву при Грозовой планетарной системе. Бойня, благодаря которой Тьма отвоевала себе свободу, вырвавшись из-под гнета Света, начав впоследствии мстительную Бесконечную Войну. Там, на картине, один из лидеров повстанцев Релегар Восставший и Верховный Света Заэстус Алый Ветер закалывали друг друга насмерть в решающем поединке. Фри глядела на прорисованную серебряную и золотую кровь, на яростные лица и развевающиеся знамена Тьмы, впервые так гордо поднятые, и даже не заметила, что уже как с минуту вглядывалась в кого-то на фоне. Там, среди бушующего сражения, стояли два черно-белых образа, хранивших полное спокойствие. Они казались настолько невозмутимыми, что ощущались предельно естественно в хаосе и разрушении. |