Книга Алиментов, женись на мне на три дня, страница 25 – Лёля Зайкина

У моей начальницы тоже было несколько неудачных браков. Какие-то не состоялись, какие-то распадались через несколько дней после регистрации. Она, как никто, другой понимает мои эмоции.

— Не откажусь, — легко соглашаюсь я, говоря себе мысленно, что пора окунуться в атмосферу подготовки.

Надо померить платье, поиграть с причёской. А можно даже попытаться найти местечко в парикмахерской, записаться на визаж. Ведь не каждый день я выхожу замуж.

Но стоит войти домой и взять на руки Черныша, в голову опять плотным потоком лезут мысли о Родионе. Нету в них Кости, хоть убей. А завтра я стану женой не Алиментова, а Кости.

Это пугает…

Родион

Кажется, я всё-таки свихнулся. Потому что Люба не идёт с головы.

Никак не идёт. Мои попытки сделать вид, что мне плевать на её присутствие рядом, кажется, выглядели смешными. Я практически уверен, что Люба чувствовала, что я не хочу, чтобы она уходила, не хочу, чтобы она выходила замуж за своего Костю.

Он же её не любит.

Я вчера некоторое время стоял под дверью и, как школьник возле кабинета директора, подслушивал разговор. Но как бы это ни выглядело и как бы ни задевало мои моральные принципы, я узнал много нового.

Оказывается, этот Костик планировал сменить одну невесту другой. Переобуться в воздухе.

Люба ещё в день знакомства что-то такое говорила о том, что женишок переметнулся к другой даме. Что его метлой погнали в другой ЗАГС.

Но никак не мог представить себе, что женщина с такой самооценкой, как Люба, позволит ему вернуться, скажет: “да, я буду твоей*.

Что это? Безысходность? Такое яростное желание выйти замуж? Тогда что ей мешает выйти за меня?

Дурной характер? Наше противостояние?

Я периодически видел в её глазах искры, когда она смотрела на меня. Люба гасила их, но они были. Были. Не могли мне померещиться. Или же я просто упорно выдаю желаемое за действительное? Как вариант — я сошёл с ума.

Утром, пока я везу Любу домой, к ней домой, куда уже завтра может переехать жених, точнее, муж, хочется заорать: “Ты не должна выходить замуж только потому, что тебя зовут! Ну что это за брак без чувств?”.

Но каждый раз сдерживаю порыв, ловя себя на мысли, что все мои браки были именно такие. С моей стороны не было ничего. Не любви, ни привязанности. Даже симпатии махровой не имелось. Лишь надежда на то, что очередная жена выдержит испытания моего брата, и я выполню условия дедова завещания. Любовью не пахло.

Не все женятся по любви. Я вообще ещё вчера считал это чувство чем-то лишним. Так почему меня колбасит от понимания, что Люба совершает ошибку? Разве меня должно это касаться?

Нет. Не должно. И беспокоить судьба Любы тоже не должна. Но внутренности от нескончаемых мыслей о ней выкручивает.

Если я пока и не сошел с ума. Точно сойду, как только она выйдет замуж. Потому что буду представлять её в объятиях другого и беситься.

Мне никогда не были свойственны собственнические чувства, но они какого-то чёрта пробудились.

Вместо того, чтобы посвятить себя работе, как должен. Вместо того, чтобы думать, что делать с дедовым завещанием и как не дать времени утечь сквозь пальцы, я думаю о Любе и её мужике. Испытываю острую потребность доказать ей, что он не герой её романа. Как это сделать?

Да, элементарно!

Через своих людей узнаю фамилию Любы, через её начальницу выясняю, за кого она выйдет замуж. И вот уже еду к Монеткиному Константину Юрьевичу.