Книга Алиментов, женись на мне на три дня, страница 22 – Лёля Зайкина

— Хорошо, пусть выберет себе хозяина, — соглашаюсь я.

Пора включить логику. Кот был мне нужен только для того, чтобы чаще контактировать с Любой. Раз она выходит замуж, повод для общения не нужен. А Люба выходит и похоже не по любви, а только потому, что ей туда очень хочется. Её право. Пусть выходит и забирает кота. Всё у меня проблем меньше будет. И внезапно свалившаяся на голову женщина из мыслей уйдёт и кот не будет напоминанием наших перепалок, маячить перед глазами не будет.

— Ну вот так бы сразу, — улыбается Любовь. — Где я могу разместиться на эту ночь с Чернышом?

— С Чёртом, — повторяю на автомате.

— Какая вам разница, как я буду называть кота, если уже завтра он станет только моим питомцем?

Даже против сказать нечего. Сам удивляюсь, почему я так упорно стою на этом имени. Черныш, Чёрт, какая к чёрту разница?

— Можете здесь разместиться, здесь есть диван.

— А сами, наверное, на кровати будете спать?

— Ну вы же в гостях, а не моя дама сердца, чтобы претендовать на место в моей постели. Или вы хотите хорошенько развлечься перед свадьбой? Если что я не против? — произношу провокационно.

Люба запинается.

— Уверена, вы меня ничем не удивите. А значит, и не стоит с вами связываться. К тому же я женщина верная. Женихам не изменяю.

— Тогда располагайтесь, — говорю я и покидаю комнату.

Её близость одновременно и бесит, и будоражит.

Я не соврал в эту квартиру, не приводил ни одну женщину. Жильё купил специально рядом с офисом, чтобы не тратить время на дорогу. Квартира добротная, но не стала мне домом лишь местом нечастых ночёвок. Некоторые время отсиживаюсь у себя в комнате, но желудок напоминает о том, что я не ужинал. Люба, к слову, тоже. Морить гостью, даже не очень уж долгожданную. Пусть нарушающую мои планы и покой, и выходящую замуж за не пойми кого, не входит в законы гостеприимства.

Приходится покинуть спальню. Вхожу в зал и взгляд замирает на плавных изгибах женского тела, на бёдрах обтянутых красной тонкой материей трусиков.

— Ого, — невольно срывается с губ.

Люба оборачивается, даже не подумав прикрыться, и я имею возможность рассмотреть её спереди. Фигура у женщины достаточно пышная. Не могу сказать, что я большой любитель дам в теле, но взгляд тут же прилипает к явному достоинству — груди. Не знаю какого размера, но явно не маленького.

В брюках наливается тяжесть.

— У вас совсем с манерами плохо? Вас стучаться не учили? — произносит Люба, ничуть не смущаясь своего полуобнажённого тела.

Мне надо бы отвести взгляд, но он, так и липнет к груди, а потом соскальзывает вниз к треугольнику нижнего белья.

— Оцениваете то, что вам не достанется? Подсчитываете потери? — хмыкает Люба. — Ваши моральные принципы позволяют смотреть на чужую женщину, которая совсем скоро станет женой?

— Ну вы же не пытаетесь прикрыться! — бросаю ответ на претензию. — Значит и меня это не должно смущать.

— Вы зашли поглядеть? Или ещё какие-то цели преследовали? — интересуется, не спеша поднимая халат и одеваясь.

Мысли о том, зачем я сюда пришёл, формируются не сразу. Несколько замедленно.

— Я хотел предложить вам поужинать.

— В ресторан, меня хотели позвать?

— Ещё чего? С какого перепуга я буду гулять по ресторанам почти чужих жён?

— И правильно. Не надо. Я бы всё равно не согласилась с вами пойти.