Книга Тринадцатый. Мой любимый номер, страница 69 – Верона Виера

Женька кривится и заразительно смеётся:

— Тебе не идёт.

— Правда? Учился у настоящего гуру обольщения – Иванова.

Подмигнув напоследок в стиле Иванова, я включаю Жене телек, и отдаю ей пульт. Потом притаскиваю из коридорчика коробку и, внимательно рассматривая, перекладываю содержимое на пол.

— А что там в коробке?

Я, замешкавшись, быстро собираю фото в одну стопку, прячу во вкладку фотоальбома и откладываю в сторону – не хочу ими светить.

— Да так... Фотки детские, документы – ищу один.

— Фотки?!

Зажигается от любопытства Женя.

— Нет, смотреть не дам… Я там стрёмный и без трусов.

Дурацкая отговорка, но лучше, чем толстый.

— М-м! – она наигранно играет бровями.

— Не покажу, даже не упрашивай. Их надо сжечь.

— Да ладно тебе. У всех есть детские фотки без трусов. Зато в детстве все такие милахи и пухлые булочки.

Она надувает щеки, как хомяк. Я аж поперхнулся от её замечания и, вдохнув пыль из коробки, громко пару раз чихаю. Слышу Женькино «Будь здоров!» и заразительный смех.

— Я своими светить не хочу, – смеюсь в ответ и встаю.

На всякий случай прячу фотоальбом в сервант в соседней комнате. Потом пересмотрю.

Снова опускаюсь на пол и тщательно перебираю документы. Сортирую их на те, что можно выкинуть. Договора точно можно: срок давности, и гарантия давно вышла. Скомканную бумагу отбрасываю в сторону.

Женька увлеченно смотрит какой-то сериал на ТВ, но я не слежу, а ищу ПТС. Она действительно оказалась в коробке. Хорошо, что заламинирована, иначе, могла бы испортиться. Откладываю её на диван, и собираю бумажный мусор в пакет.

— Жень, мне надо к маме сгонять, отдать документы. Можешь со мной, а можешь здесь подождать. Если хочешь, потом погуляем. Сегодня солнечно.

— Нет, Макс, я домой, – она встает, – переоденусь, уроки поучу, может посплю немного. А вечером пойду с тобой на тренировку, можно? Хочу всё-таки записаться. На бокс же ходят девочки?

— На кикбоксинг, – поправляю. – Ходят. Только у них занятия вроде на час раньше.

— Тогда я запишусь, и буду ходить на час раньше тебя.

— Я вижу ты тоже упёртая, да?

— Козероги все такие.

Улыбаясь, она пожимает плечами.

* * *

Я провожаю Женю домой, а сам, застегнув куртку, спускаясь по лестнице, и набираю Иванова. Он не отвечает. Смотрю на часы – ещë в школе. Должен, по крайней мере, быть, но это Иванов. Сам перезванивает, когда выхожу на улицу.

Принимаю вызов:

— Надо перетереть, когда будешь дома?

— Дома буду часа в два. А что?

— Ясно. Тогда заскочу на обратном.

— Таких важных гостей у нас дома еще не было, – он усмехается. – Набери, как будешь подходить, я чайник поставлю.

— Засунь в задницу свой чай – я по делу, придурок!

Надо завязывать с опозданиями.

Глеб мне всё рассказал. Я на него наехал за то, что не разнял и не вступился, а он – му-хрю, вступился бы, но я же с Майкой, а Майка за Лерку.

Шерше ля фам, блин!

Морошку, если честно, понимаю. Сам бы втащил за такое, но это же девчонки – они вообще не должны драться! Даже из-за меня.

М-да… ситуация. Лерон, наверное, не ожидала такого поворота. Столько крови я давно не видел.

Отличницы внезапно отличились, и физику я походу завалил. Тыкал в тесте наугад ответы, потому в голове была каша из представлений о том, как я их разнимаю. А потом отматывал назад, потом ещё на пять минут раньше, и ещё. Концентрация на чëм угодно, но только не на учёбе. Свалил на пару уроков раньше, сказал, что тошнит.