Книга Тринадцатый. Мой любимый номер, страница 42 – Верона Виера

Я беру со стола купленный мобильник и кручу в руках, демонстрирую.

— Мы хотели сами на днях купить.

Тетя Аня с сомнением смотрит мне в глаза.

— Зачем тратить деньги, когда есть этот? Он хороший и почти новый. Лучше себе или Женьке что-то красивое купите. То есть, я не хочу сказать, что вы ходите в некрасивом.

Фак. Лучше вообще заткнуться.

Тётя Аня сдерживает улыбку, слушая мои нелепые оправдания.

— Даже не знаю, удобно ли. Пусть Женька сама решает.

Моя муза вранья заходит в комнату.

— Жень, подойди.

Так глупо я себя ещё не чувствовал, а тëтя Аня расплывается в улыбке.

— Тут Макс хочет подарить тебе новый телефон.

— Он почти новый, царапины немного, а так – отличный, современный, – заикаясь, вру.

Женя растерянно смотрит на меня, на телефон в моих руках, на свою маму.

— Зачем?

— Вместо поломанного. Тут ещё чехол – утром ходил за продуктами, купил. Не знал, какой цвет тебе нравится, поэтому взял фиолетовый.

Для большей убедительности повторяю заученные фразы, а сам готов сквозь землю провалиться.

— Мой любимый – цвет лайма.

Чëрт. Надо было послушать менеджера.

Женька так смотрит, будто я предлагаю ей взятку. Чувствую себя идиотом и лицо горит под еë недобрым взглядом.

— Ладно, – тёте Ане, видно, надоела наша игра в гляделки. – Давайте разберёмся с уколами, а потом решим – нужен телефон или нет. А то нам с мужем ещё по делам нужно съездить.

Тётя Аня идёт за угол за лекарствами на нашу импровизированную мини-кухню, а я выдыхаю и, сглотнув, кладу телефон на стол.

— По-твоему, мы совсем нищие? Не можем себе позволить купить новый телефон?

Женька шипит на меня, но я не успеваю вставить слово оправдания – тётя Аня уже за её спиной и Женя натянуто улыбается. Точно всадит мне иглу куда-то мимо. Ладно, сам виноват со своим идиотским подкатом.

Тётя Аня подсказывает, как смешивать лекарства, и Женя всё послушно выполняет, глядя на шпиц, она выпускает лишний воздух. Мысленно настраиваюсь на боль. Приспускаю трико и, придерживая одной рукой, чтобы не упало, другой опираясь о стол. Прохладная салфетка в Женькиной руке касается моей кожи и я зажмуриваюсь, ожидая прокола.

— Ну, давай, как я тебя учила, – слова Женькиной мамы добавляют напряжения.

— Расслабьте мышцы, их бин больной, – хихикает Женька.

Легко сказать, когда укол ставит сердитая девочка, ещё и красивая. Ожидания с реальностью не совпадают – я почти ничего не чувствую. Игла входит плавно и безболезненно, но после – вводимое лекарство расползается болью по мышце. Стойко принимаю свою участь.

— Можешь одеваться, – слышу Женину усмешку.

Салфетка снова касается кожи, и я, перехватив инициативу из нежных рук, прижимаю и быстро натягиваю трико. Переживая позор, поглядываю на свою мучительницу и затягиваю на поясе завязки.

— Молодец. Практика пройдена успешно, – тётя Аня одобрительно кивает Жене. – А насчёт телефона – решай сама, но от подарков обычно не отказываются.

Мама мне подмигивает, а я поддакиваю, натягиваю невинную улыбку и, как дурак, играю бровями. Но Женьку это не впечатляет. Она, будто следователь, щурит недоверчивый взгляд.

— Ты пока думай, а я пошла, – тëтя Аня открывает дверь, а мы всё также с Женей играем в «кто кого переглядит». – Отец, наверное, уже психует. Вернемся через пару часов.

Как только закрывается дверь, я снова беру телефон: