Книга Без права на ошибку. Том 2, страница 50 – Рене Эсель

Если не смотреть по сторонам, то можно подумать, что никого нет.

— Лен, тебе нужно переключиться, — шепчет Олег, а я согласно киваю. — Да, я вряд ли смогу понять до конца, что ты чувствуешь, но в некоторой же степени понимаю. Прошу тебя, подумай, где бы ты сейчас больше всего хотела оказаться?

«Мама».

Тонкий детский голосок сплетается с звучанием Олега. Они так похожи, а я замечаю только впервые.

Я знаю, где хочу оказаться.

Но к огромному сожалению, ничто и никто не сможет меня туда перенести.

Поднимаю голову и утыкаюсь взглядом в протянутую через стол руку. Она — красная тряпка. Зависает в воздухе и взвинчивает меня за доли секунды.

— Подальше от тебя, — вскрикиваю и импульсивно дергаюсь, от оказавшейся около моего лица ладони. — Как ты достал меня, господи, когда ты уже исчезнешь из моей жизни?

Олег, матерясь сквозь зубы, с десятой попытки засовывает ключ в замочную скважину. Недоуменно окидываю взглядом до боли знакомый лестничный проем. Растерянно переминаюсь с ноги на ногу и дергаюсь, когда Олег распахивает дверь. Запах гари становится сильнее. От него мгновенно кружится голова, а я судорожно оглядываюсь.

Как меня снова принесло сюда?

— У нас квартира горит.

С этими словами запыхавшийся Олег нагнал меня на улице. Я стояла на тротуаре недалеко от блинной и раздраженно дергала заевшую молнию пуховика. Она никак не желала поддаваться, а промозглый ветер вперемешку со снегом давно пробрался под тонкую ткань водолазки, усиливая начавшуюся дрожь.

— Соседи позвонили. Весь подъезд в дыму.

Морозный воздух и шныряющие туда сюда люди немного охладили пульсирующую ярость. Осталось только раздражение и желание поскорее попасть в тепло.

— Не мои проблемы, — огрызнулась я и с силой дернула молнию, пытаясь выдрать крепко застрявший кусок ткани. — Анечка не в состоянии набрать на телефоне три цифры?

Собачка двинулась под моим напором, но я рванула слишком сильно. В следующий момент металлический край разорвал тонкую скользкую ткань и пух забил все щели, намертво фиксируя замок. Распсиховавшись, с силой дернула и закричала в воздух:

— Черт!

— Да дай сюда уже, — закатив глаза, шикнул Олег.

Опустившись на корточки передо мной, Олег прищурился, разглядывая растерзанный пуховик. Обреченно опустив руки, я обиженно насупилась.

— Как ребенок, честное слово.

— Я просила тебя держаться подальше, — фыркнула я, надув губы.

— Да-да, — кивнул Олег, а я завороженно наблюдала за тем, как снежинки путались в светлой макушке.

Подушечки пальцев обжигало абсурдное желание пересчитать каждую из них. Провести по растрепанным прядям, сжать их до треска.

Невозможно быть настолько притягательным и отталкивающим одновременно.

Втянув морозный воздух, я поежилась и засунула руки в карманы. Еще не хватало его трогать.

— Ненавижу тебя.

— Я так и понял, — сосредоточенно прикусив кончик языка, Олег осторожно двинул собачку вверх. — Да, крепко ты ее засадила.

— Мы разведемся и ты поедешь к своей Ане, — пробурчала, уткнувшись носом в воротник.

Олег остановился и недоуменно уставился на меня. Растерянность на его лице невольно заставила меня усомниться в своих предположениях. А затем Олег нахмурился и осторожно потянул за молнию. Она поддалась. Доведя собачку до самого подбородка, Олег остановился.