Книга Папа быстрого реагирования, страница 83 – Ника Оболенская, Мария Птахова

Не представляю, какой стресс испытала Серафима Андреевна, но она до сих пор с негодованием вспоминает эту стычку.

Хуже всех было Оливии.

Девочка плакала всю дорогу домой. И даже ночью всхлипывала, вздрагивая во сне.

Я точно знаю — я до утра просидела у ее постели и держала ее за маленькую ручку, костеря на все лады бывшую жену Тимура.

Разве так можно поступать со своими детьми? Они что, игрушки? Захотела — избавилась, захотела — вернула.

Чертова эгоистка, которой наплевать на их чувства — вот кто она.

И если я еще поначалу пыталась сочувствовать Марине, то теперь она вызывает у меня приступы неконтролируемой ярости.

Галя же просто назвала ее «ебанутой пиздой» и посоветовала в следующий раз воспользоваться перцовым баллончиком.

Я против насилия, но баллончик теперь таскаю с собой. Пусть эта припадочная держится от нас подальше, а лучше ждет суда.

Помогаю Оливии застегнуть теплый комбинезон и поправляю шапочку с забавными кошачьими ушками.

Вместе мы прощаемся с детками из группы и воспитательницей и выходим во двор.

Февраль принес с собой метели и тонны снега. Его выпало столько, что город стал похож на огромный снежный лабиринт. Коммунальщики не справляются, люди костерят всё и вся, откапывая машины из-под метрового слоя снега.

Тимур относится к буйству стихии с философским пофигизмом. Он каждый день чистит двор и наши машины, шутя, что еще немного, и Камчатка окажется совсем рядом.

Забираем с секции Леру и всей дружной компанией едем к нам домой.

Меня невероятно греет это «нам». Потому что я действительно ощущаю, что это место стало за какие-то две недели моим домом.

Серафима Андреевна по привычке беспокоится, что будет нам мешать, но я с улыбкой ее успокаиваю:

— Глупости какие! Вы мне вчера обещали, что покажете, как готовить вашу фирменную кулебяку с вишней.

— Так я и по телефону могу, Степочка.

— Не-е-ет, — качаю головой, переглядываясь с Лерой. — Моя бабуля всегда говорит: «Мучка-то та же, а ручки другие». Так что без вас у меня все шансы спалить всё до углей.

— Ага, как папа рульку! — радостно палит всю контору Оливия.

Мы хохочем, пока я рассказываю этот случай.

Поток машин из города редеет, и мы благополучно добираемся до поселка.

Сворачивая на нашу улицу, краем глаза ловлю в зеркале заднего вида серый седан, который всю дорогу держался у нас на хвосте.

На секунду ловлю в сердце тревогу, но автомобиль, вильнув в сторону, обгоняет меня и проезжает дальше.

Выдыхаю, разжимая пальцы, которыми слишком сильно сжала руль.

«Наверняка, кто-то из соседей, а ты уже белую горячку порешь, Степ», — журят меня тараканы. — «Давай это, мать, без паранойи».

Послушно киваю своим мыслям.

Нужно выкинуть всё ненужное из головы.

Вместе с девочками и мамой Тимура занимаемся домашними делами. Возимся на кухне, играем, смотрим классный мультик и задорно подпеваем: «Отпусти и забудь…»

— Ой, а сахара-то почти на дне! — сокрушается Серафима Андреевна.

— Сбегаю сейчас в магазин, — успокаиваю ее и иду собираться.

— А можно я с тобой? — просится тут же Оливия.

— Конечно.

Мы покупаем всё необходимое и идем обратно домой. Снег снова валит крупными хлопьями, обещая с утра жаркий фитнес всем автомобилистам нашего поселка.

Оливия ловит снежинки языком, и я, поддавшись ее настроению, тоже повторяю.