Онлайн книга «За секунду до любви»
|
Вот оно. Гудки. Раз. Два. Возвращение домой — это не про бетон и асфальт. Это про неё. И сейчас я либо на пороге своего нового ада, либо… своего единственного рая. «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети». Охереть! Это как? Снова набор, и что? Да ни хера! «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети». И всю дорогу до квартиры у меня уже голова трещала. В грудь будто кол вогнали. Ни хера не соображаю. И чувствую, что жопа чешется, и в животе узлом всё скрутило. Знаю, что пиздец случился, но ещё надеюсь. Ещё жду, что байда всё это. Что сейчас открою дверь своим ключом, а она дома. Ещё спит, ещё тёплая и такая нежная, что мокрая и на хер, не раздеваясь даже, на четвереньки и до самых яиц. Но, уже подходя к дому, мозгами понимал, что глухо, и когда открыл почтовый ящик, на дне которого лежали ключи. Даже тогда надеялся, и когда открывал, вслушиваясь в глухую тишину квартиры. Дверь захлопнулась, отрезая меня от мира. Оглушительный щелчок эхом пронёсся по квартире, отражаясь от стен, стихая где-то там, в глубине тёмных коридоров. И снова наступила тишина. Не просто отсутствие звуков. Гробовая, давящая пустота, которую нарушал только вой ветра за окнами. Начиналась метель. Я прошёл по коридору, уже понимая, что никого нет, но продолжая верить в злоебучее чудо. Армейские ботинки глухо стучали по паркету. Гостиная. Пыль на мебели. Ни одной лишней вещи. Спальня. Голая кровать. Матрас с кинутым комом одеялом и разбросанные подушки. Как же это всё не так. Не похоже на неё. Я каждое утро смеялся над тем, как она с болезненной армейской точностью заправляла кровать, как я снова стягивал всё, кидая её на спину, срывая с неё одежду, и любил. Любил её до исступления. А она ругалась, совсем не по-женски, и, вздрагивая, морщась от моей несдержанности, снова её заправляла, и вот сейчас всё это говорило о том, что Кукла была в ярости или… раздавлена, уничтожена морально так, что считай мертва. Я сел на край, пружины жалобно скрипнули. Взял в руки подушку. Прижал к лицу, вдохнул полной грудью. И почти ничего. Лёгкий, едва уловимый шлейф. Её шампунь. Что-то цветочное, что сводило меня с ума. Теперь — всего лишь призрак, воспоминание, которое вот-вот растворится и исчезнет окончательно. Какого хера ты куда делась? Я швырнул подушку в угол и поднялся. Кухня. Механические движения: зёрна в кофемашину, вода, щелчок кнопки. Агрегат зашипел, нарушая тишину, но не заполняя внутреннюю пустоту. Распахнул окно. Морозный воздух ворвался в комнату. Прикурил. Затяжка обожгла лёгкие, не притупляя острую, режущую боль за грудиной. Ту самую, что появилась, когда я, уже наверное в сотый раз, услышал «абонент недоступен». Мысли, как разъярённый рой ос, жужжали в башке, взрывая скворечник, выстраиваясь в чёткие версии того, что произошло. Версия первая, самая очевидная: испугалась. Убежала от сложностей, от меня, от этой гребаной неопределённости. Решила, что игра не стоит свеч, и слиняла. Но нет... Не в её характере бежать, поджав хвост. Она скорее бы вцепилась мне в горло. Версия вторая: нашла кого-то. Молодого, красивого, простого и понятного. Того, кем она сможет вертеть, как только захочет. Сердце сжалось в комок при этой мысли. Ревность, острая и ядовитая, ударила в кровь. |