Книга Я не злая мачеха! Воспитать наследника Тьмы, страница 35 – Ianluv

— Так что давай без драм. Ты дашь мне нужную сумму, чтобы я мог покрыть долги в столице, и завтра же доведешь дело с мальчишкой до конца. Иначе...

Я перехватила его руку на полпути. Мои пальцы, закаленные годами работы (вы не представляете, сколько сил нужно, чтобы удержать вырывающегося трехлетку во время истерики), сжали его запястье мертвой хваткой.

— Послушайте меня внимательно, господин Кросс, — мой голос понизился до того самого «регистра директора», от которого у молодых воспитателей подгибались колени. — Вы совершаете классическую ошибку педагогического процесса: пытаетесь манипулировать тем, кто перерос вашу систему ценностей.

— Что ты несешь? — он попытался вырвать руку, но я сжала сильнее. Моя магия — та самая густая, похожая на деготь субстанция — зашевелилась в кончиках пальцев. Воздух в комнате стал тяжелым, пахнущим старой медью.

— Я несу вам информацию, — я встала, медленно оттесняя его к центру комнаты. — Серафина, которую вы знали, больше не существует. Она совершила много ошибок, и я сейчас занимаюсь их исправлением. И вы — самая досадная из них. Шантаж — это оружие слабых. У вас есть письма? Прекрасно. Идите к Аларику. Прямо сейчас. Он в конюшнях.

Кросс побледнел. Его самоуверенность начала осыпаться, как плохая штукатурка.

— Ты блефуешь... Он убьет тебя!

— Возможно, — я сделала еще шаг вперед, заставляя его пятиться. — Но перед этим он превратит вас в кровавое месиво. Аларик Рид не прощает предательства. И если я пойду на плаху, то только после того, как увижу, как «Черные псы» заживо сдирают с вас кожу за покушение на наследника рода. Как вы думаете, барон, кому он поверит больше: жене, которая сейчас лично выхаживает его сына, или мелкому вымогателю с сомнительными бумажками?

Я видела, как в его глазах зажегся страх. Он был трусом. Обычным паразитом, который привык кормиться чужими слабостями.

— Ты... ты сумасшедшая, — пролепетал он. — Ты сама всё это затеяла!

— В прошлом, барон. А в настоящем — я хозяйка этого замка. И я не потерплю мусора в своей гостиной.

В этот момент я заметила на массивном дубовом столе тяжелый бронзовый подсвечник. Граммов восемьсот чистого металла. Мои инстинкты сработали быстрее, чем я успела подумать о «педагогическом такте».

Когда Кросс открыл рот, чтобы выдать очередную тираду о том, как он разрушит мою жизнь, я просто взяла подсвечник и с глухим стуком опустила его на край стола прямо перед его носом.

— Вон, — скомандовала я. Это был не крик. Это был приказ, не допускающий возражений. — У вас есть три минуты, чтобы сесть на лошадь и исчезнуть из моих владений. Если через три минуты я увижу ваш камзол в пределах видимости, я лично позову стражу и обвиню вас в попытке отравления.

— Ты не посмеешь...

Я подняла подсвечник и замахнулась. Не для удара, а для демонстрации намерения. В моем взгляде в этот момент было столько ледяной ярости тридцатилетнего стажа работы в коррекционных классах, что барон икнул.

— Раз... — начала я отсчет. — Два...

Он не стал ждать «три». Кросс споткнулся о ковер, едва не упал, выскочил в коридор и припустил так, что только каблуки застучали по камню.

Я стояла посреди комнаты, тяжело дыша. Подсвечник всё еще был зажат в моей руке. Адреналин бурлил в крови, а магия «тар» медленно оседала, возвращаясь вглубь моего существа.