Книга У Червленого яра, страница 31 – Татьяна Луковская

— Ладно, по-другому спросим, — проявил ангельское терпение Миронег. — Зачем вам на Хопер?

Девчонка затихла, словно раздумывая, а потом выдала:

— Родня у нас там, жить в вервь приглашали. На Хопре сытно, говорят.

— А как родню звать, я там всех знаю? — схитрил Миронег.

И снова молчание.

— Дальняя родня, — подбирая слова, наконец заговорила Услада, — я их и не видела никогда, то дядькины сродники, по жене покойной.

«Врет нескладно, но старается. Научится со временем».

— А эти, что за вами гнались, кто ж? — решил Миронег зайти с другого конца.

— Не знаю, на дороге нас встретили и давай за нами гнаться, а мы бежать.

— Даже любопытно, и где ж здесь дорога, на которой вас могли встретить, — хмыкнул Миронег.

— Там, где-то, — указала назад Услада.

— И ты их даже и не знаешь?

— Нет.

— И почему за тебя горсть серебра предлагали, тоже не ведаешь?

— Нет.

— Так к Ингварю тебя вести? — захлопнул словесную западню Миронег.

— К какому Ингварю? — дрогнувшим голосом спросила девчонка.

— Значит так, — резко остановился бортник, — я из-за тебя чуть Богу душу сегодня не отдал, лучший топор потерял, дощаник добрый прозевал, я уж не говорю, что туеса не мои были, у Елицы одолжил, теперь за них плешь проест.

— А что ж ты свои не сплел? — неожиданно выдала девка.

— Кто эти люди, и зачем за вами гнались?! — рявкнул Миронег. — И почему тебе к князю Ингварю надобно? Тебе же к нему надобно?

— Не знаю я никакого Ингваря, и мне к нему не надобно, — простонала Услада.

— А вот дед перед смертью сказал, что именно туда и надобно тебя свести, то как?

Услада снова притихла.

— И воины случайно на вас набрели? А теперь стерегут из-за прелестей твоих?

Да как же с ней тяжело! Вообще с бабами тяжко, одна маета.

— Что им от тебя надобно? — с напором произнес Миронег. — Почему я вообще тебе помогать должен, ежели ты даже объяснить ничего не желаешь?

— Они думают, что я воровка, — сухо проговорила Услада.

— И что укра-ала? — недоверчиво протянул Миронег.

— Ничего я не крала! Да я никогда чужого не брала, — с жаром проговорила Услада. — Просто у княжны бусы пропали, а у меня такие же, но я не брала, это мои.

— Бусы из горючего камня? — вспомнил смоляные камешки Миронег.

— Да.

— Ежели не крала, так откуда у тебя взялись? — Миронег поднял ветку, чтобы пропустить девчонку и сам нырнул в гущу орешника.

Где-то здесь был ручей, надобно по дну пройтись, запах сбить. Бортник втянул носом, пытаясь почувствовать свежесть воды.

— Мне жених подарил, — совсем тихо проговорила Услада.

— И где ж тот жених, почему не вступился за тебя?

— Бог его прибрал, — сдавленно всхлипнула девчонка.

Ой, разревется сейчас. Довел. А что делать-то?

— Княжну как звать? — отвел от грустных воспоминаний Миронег.

— Предслава, Изяслава Пронского сестра. А дядюшка Военег сказал, что никто разбираться не станет, бежать надобно. Мы и побежали, а за нами другого брата княжны, Глеба, люди погнались. А мы все шли и шли, шли и шли. А есть хотелось, а мы в весь одну забрели, хлебушка купить, а селяне нас видать и выдали, потому что дядюшка Военег погоню почуял. Да мы на лодочке по Цне поплыли, а потом все лесом, да думали, что оторвались. А они нас у переволоки ловить. А мы снова бежали, — Услада начала рыдать.

— Ну-ну, чего теперь реветь? — осторожно коснулся девичьего плеча Миронег. — Теперь понятно, зачем дядька твой тебя под крыло Ингваря вел, братцы двоюродные-то не ладят, авось укроет.