Книга Любовь и кабачковые оладьи, страница 19 – Татьяна Луковская

— О, у нас шашлыки будут?! — радостно потер он руки.

— Нет, уха с дымком, — поспешила разочаровать Марина.

— Ну, тоже ничего. Фея, вам помочь?

— Андрею можно помочь, еще дровишек напилить.

— Этот и сам справится, — отмахнулся Колька, украв со стола уже очищенную Мариной морковку.

— Кем работает фея? — приклеился он к разделочному столику, закрывая от Андрея девушку.

— Я учусь, в пединституте.

— О-у! Так мы почти коллеги, — радостно воскликнул Колька.

— Вы учитель? — в глазах Марины вспыхнуло восхищение.

— Почти, — уклончиво ответил он.

— Охранником он в детском саду работает, — выдал дружка Андрей.

— Очень детишек люблю, — не смутился Колька. — Благородная же профессия, детей защищать? Да?

— Конечно, — поддержала его Марина, предусмотрительно откладывая на другой край стола новую морковку.

— Вот! — поднял палец вверх Колян. — Золотые слова! А моя грымза кричит — это работа для бабушек. Вот ты мне скажи, бабушка может хорошо ребенка защитить? У нее же радикулит и все такое.

— Будешь на заднице целый день сидеть, и у тебя будет все такое, — опять влез в разговор Андрей.

— Ревнует, — шепнул Колян. — И не зря. Я парень видный. Веселый — раз, рыбалку не люблю — два, очень кстати весомый аргумент, никогда не ворчу — три, — добавил он громко, чтобы и Андрюха расслышал, — покладистый в отличие от некоторых, ну и в постели неутомимый жеребец, — прошептал он Марине почти на ухо.

— Я за котлом схожу, — отпрянула Марина, краснея, и заспешила к дому.

— Слышь ты, жеребец, отстань от нее, по-хорошему говорю… пока, — Андрей кипел от злости.

— Да я разве к ней приставал? Так, пошутил. А че, запал? Да вижу, запал. Моя тоже в начале ангелочком этаким была. А теперь пилит и пилит, пилит и пилит. Андрюха, не женись.

— Твоей Лерке памятник надо при жизни поставить, что она тебя, придурка, терпит.

— Ну, я и полезным бываю. Я от баб сам с чемоданом ухожу, а не они от меня, — намекнул он Андрею на Маринет.

— Коль, ехал бы ты домой, очень ты не вовремя нарисовался.

— Ключи от квартиры, — Колька требовательно протянул руку.

— Я тебе прошлый раз дал, соседи со мной до сих пор не здороваются, считают, что у меня бордель. И ремонт трех затопленных квартир снизу почему-то я оплачивал.

— Я не виноват, что у тебя кран сорвало. Чинить вовремя надо. Андрюх, уступи мне эту Марину, — неожиданно выдал Колька.

— Она тебе что, машина на прокат? — Андрей грозно надвинулся на приятеля.

— Ну, тебе ж так, поразвлечься. А я женюсь сразу, я ошейников не боюсь.

— Ты разведись сперва. Я не пойму, ты выпил, что ли? — до Андрея наконец-то долетел спиртной перегар. — Где взял?

— С собой было.

— Брешешь.

— Ну, там у тебя в холодильнике коньяк пропадал.

— Он не пропадал, он охлаждался.

— А я думал, пропадает. О, Маринка возвращается.

Из дома, размахивая котелком, вышла Марина. Она была такой миленькой в голубенькой косыночке и фартучке с рюшками.

— Вот, — протянула она котелок Андрею. — А как мы его на мангал ставить будем, он же перевернуться может?

— Да, как? — поддакнул Колька, панибратски приобнимая Марину за плечи, но девушка тут же легким движением скинула настырную руку.

— В золу зарою и железными прутьями с двух сторон прихвачу. Все нормально будет, — Андрею очень хотелось показаться хозяйственным на фоне безалаберного Кольки. Он тут же встал стеной, загораживая квартирантку от с каждой минутой все больше распоясывающегося приятеля.