Книга Любовь и кабачковые оладьи, страница 58 – Татьяна Луковская

— Но я же читала все твои эсемески, каждый день ждала новую, а тут раз и отрезало. Я думала, ты к той, зеленопопой, ушел.

— Никуда я не ушел, решил тебя дождаться. «Плод?» Марин, ты че, залетела? — выдал он наконец.

Слово «залетела» ей явно не понравилось, девушка обиженно поджала губки и попыталась отстраниться, но Андрей был уже тертым калачом и только крепче сжал объятья.

— Чего пугаться, папашка с вами, — вальяжно произнес он.

— Дура! О чем я только думала, куда я смотрела?! — причитала Марина, позволяя гладить себя по мокрым волосам.

— На меня, наверное, — улыбнулся Андрей.

Его подмывало ляпнуть, что такая продуманка в мелочах, как Марина, ну никак не может «случайно залететь», но прикусил свой поганый язык, перспектива гоняться за ней еще пару недель его совсем не прельщала. А вообще приятно, что тебя так отчаянно любят.

— Ты мокрая совсем, побежали, а то еще заболеешь, — не отпуская руку Марины, Андрей подхватил лимон.

— А это что? — Марина пальчиком потрогала гладкий листок.

— Там тебе Степик самовар принес, а это к чаю лимоны.

Они забежали в подъезд и, притаившись в темном уголочке, стали отчаянно целоваться как подростки. Как же соскучился Андрей по этим теплым губам, по этому мягкому запаху лаванды.

— Маришик, а чего ты такая не загорелая? Ты же с моря.

Марина притихла.

— Ну, колись, — почувствовал подвох Андрей.

— Я не была на море, — прошептала Марина.

— Та-а-ак, — шутливо-грозно протянул Демин. — А где была?

— У дяди Васи в Новохоперске.

— Марин! Я чуть в Анапу за тобой не уехал, а она в Новохоперске! Да если бы не Витька, я бы… — Андрей поймал себя на том, что срывается на крик.

— Ну, я хотела, чтобы ты вдали от меня подумал — нужна я тебе или нет, — виновато пискнула Марина.

— Не делай так больше, — взял себя в руки Андрей.

— Не буду.

— Да будешь, — махнул он, подхватывая Марину на руки.

— Правда не буду, ты мне нужен, а эти зеленопопые пусть посторонятся, я им тебя не отдам.

— Ревнивица ты моя.

В пыльное оконце подъезда заглянуло прорвавшее тучи солнце.

Эпилог

— Марин, мы же договаривались, что твои «губы» будут в правом верхнем углу.

— Так они там и были, — добродушно улыбнулась Марина.

— Вот смотри. Допустим, это тот лист, — Андрей разложил на пышной кружевной юбке свадебного платья Марины новенькое свидетельство о браке, — покажи, где здесь правый верхний угол.

— Этот, — робко указала пальчиком Марина.

— Это левый, — укоризненно покачал головой новоиспеченный муж, — а еще говоришь — дай ключи от машины. Как ты водить будешь, если ты лево и право путаешь?

— Жалко для меня машины, так и скажи, — надула губки Марина.

— Ничего мне не жалко, я за вас двоих беспокоюсь. Юрец, ты что, снимаешь?!

Юрка, как почетный свидетель, удобно устроился на соседнем от водителя сиденье и теперь, развернувшись, нагло снимал новобрачных на свой видавший виды телефон.

— Это я для истории — первый семейный скандал, — важно заявил он.

— Какой скандал? — притянул к себе Марину Андрей. — Так, конструктивный спор.

— Ну-ну, — ухмыльнулся Юрка, не убирая камеры.

— Мы мириться умеем, — улыбнулась Марина, целуя мужа в щеку.

— Потому что я старше и мудрее, — расправил плечи Андрей.

— Еще скажи — главнее, — иронично повел бровью Юрец, — Ну, скучно вам точно не будет. Отдыхать от свадьбы, как обычно, к вам поедем?

Молодожены переглянулись.

— Да, — уверенно махнула головой Марина, — кабачки созрели, оладушек испеку, а Андрюша щуку на уху поймает… или купит, — шепнула она на ухо супругу.

Где-то, утопая в золоте листвы, дремала, разомлев на осеннем солнышке, старушка-дача, и рыжий соседский кот нежился, неспешно качаясь в гамаке…

Примечания

1. Кундюмы — мучное изделие с начинкой, существует выражение: «Может тебе еще и кундюмов подать», — когда и так стол ломится от еды, а еще непонятно чего хочется.