Книга Инквизиtor, страница 5 – Елизавета Домина

— Стокгольмский синдром. Видимо, это то, с чем нам придётся работать. Ваши отношения предыдущие, о которых вы говорили, они в разной степени все напоминают этот сюжет. Вы словно ищите ту любовь, пережитую когда-то, наделяя мужчину ролью палача.

— Он не палач! ― возмущаюсь я в ответ, не ожидая от себя такой реакции.

— А кто?

— Он — спаситель.

— Хорошо, кого он спасает?

— Не знаю и не хочу к этому возвращаться.

— Анна, давайте с вами просто договоримся, Любовь — это совсем другое чувство. Мужчина не должен вас удерживать на цепи, чтобы вы чувствовали заботу о себе.

— Что, если мои перепады настроения — это чувство, что он есть где-то? Моя вторая половинка. Он занят чем-то важным, и когда ему нужна энергия, он думает обо мне?

— Что за половинка? Люди рождаются целыми. У вас свой запас энергии на ваши задачи. У него — свой, ― Елена возмущена. ― Это какая-то душевная инвалидность. То, что вы описываете.

— А если он что-то очень-очень важное делает, ― слова, словно сами выпрыгивают из меня.

— Анечка, даже с законным супругом женщине необходимо хранить свой очаг. Мужчина — добытчик приносит что-то, а не тянет из очага в важные задачи. Иначе это не муж, а вор. Наконец-таки мы с вами хоть к чему-то пришли.

— Я бы не хотела повторять это снова.

— Что чувствуете? ― психолог обеспокоена ситуацией.

— Сначала было легко и хорошо, а теперь грустно.

— Почему?

— У меня отняли любовь.

— Любовь не заключается в другом человеке, ищите её в себе. Она там, внутри вашего сердца, просит проснуться, ― Елена всё так же пристально вглядывается в мои глаза. ― Что там еще осталось?

— Если я найду любовь к себе, тогда зачем мне мужчина? ― обиженно делаю вывод.

Елена громко рассмеялась.

— Из крайности в крайность, ― внесла записи в свой блокнот, завершила приём. ― На сегодня это всё. Ваше бессознательное само найдёт ответы на вопросы, которые тут были. Мы хорошо поработали.

Дождавшись, когда я покину помещение, Елена достала свой смартфон из сумки. Покрутив его в раздумьях в руках, отложила в сторону. Ещё раз пересмотрела записи в блокноте. Налила себе воды. Решительно взяла смартфон снова.

— Добрый день! Я нашла её.

— Через час буду.

Пробки большого города. Как же он соскучился по родным просторам! Вокруг с шумом и гарью выхлопных газов суетились автомобили, в попытке разъехаться. Конечно, кто бы сомневался? За рулём ‒ женщина, ‒ отметил он про себя, наблюдая за ситуацией. Посмотрел на часы. Если дело так пойдет и дальше, из-за этой «тупой курицы» он опоздает. Нервно открыл дверь своей машины, направился в сторону красного внедорожника. Жестом показал девушке необходимость опустить стекло.

— Девушка, позвольте мне вам помочь, я опаздываю.

— А, ох, да, конечно, а то я совсем не понимаю, как на этом перекрёстке разъехаться. А вокруг все такие злые: сигналят, орут. Никакого понимания. Вот вы — настоящий мужчина, ― щебетала она, не умолкая, сойдя на асфальт каблуками своих ботфортов. ― Я же недавно права получила.

Он, пытаясь не произнести: «Заткнись!» ― сел за руль, отъехав с проезжей части в сторону. Она засеменила за машиной.

— На каблуках не стоит за рулём ездить! ― хлопнув дверью, прорычал он, отдавая ключи.

Дорога была свободна. Он почти научился контролировать себя в таких ситуациях и не взрываться. Но это давалось ему непросто. Сел за руль своего авто, достал из бардачка концентрат от похмельного синдрома. Только бы голова не начала болеть. В обычные дни Мирон мог спокойно приезжать на работу в удобное для него время, объясняя это занятостью на территории. Но сегодня внеплановое совещание.