Книга Загадочное происшествие в Мидлшире, страница 67 – Дарья Эпштейн

— Ты ведь не собираешься обыскивать домик садовника?

— Я надеюсь, что мне не придется, — сказала она честно.

Виктор представил лицо Сьюзан, когда Анжела придет к ней с обыском, а потом постарался побыстрее его забыть. А если дома в этот момент будет Гас Бушби, его фирменное фырканье заставит слететься всех местных призраков.

— Я тоже надеюсь, — сказал Виктор с внутренним содроганием.

Анжела улыбнулась ему одной из своих медленных улыбок. Ее глаза стали размером с небо.

— У нас осталось не так много времени, — сказала она. — Ты хочешь еще о чем-то поговорить?

Виктор подумал, что можно было бы спросить про Ангуса Кло, но эта мысль быстро утонула в глубокой синеве. Больше они ни о чем не разговаривали.

По странному совпадению, Ангусом Кло в это время занималась тетушка Белла. Она появилась в здании деревенского совета и потребовала, чтобы ей выдали свидетельства о браках и смертях за тридцатые и сороковые годы. Сотруднику, который оказался там в это время, было за семьдесят, он плохо слышал и занимался исключительно кофе и печеньем. Когда он увидел леди в высоких желтых ботинках, малиновом пуховике и шляпке с перьями, обычное самообладание изменило ему, и он опустился на стул, не в силах сказать ничего вразумительного. Ему потребовалось пятнадцать минут, чтобы осознать, что от него хотят, после чего он с облегчением заявил, что за это не отвечает. Но тетушку Беллу было не так легко остановить. Она тут же потребовала вызвать того, кто отвечает, а когда оказалось, что у этой дамы сегодня законный выходной, настояла на том, чтобы ей немедленно дали ее номер и провели к телефону.

Старик держался, сколько мог, но у него не было никаких шансов. Регистрацией гражданских состояний в Мидлшире занималась миссис Колми, и она же была одной из тех норн^[1], что хранили и поддерживали местный источник сплетен. Почувствовав, что дело может быть интересным, она пренебрегла законным отдыхом и примчалась в здание совета.

Так тетушка Белла получила всю информацию об Ангусе Кло и его семье. Виктор не ошибся — записи о его смерти в архиве не было, но это могло говорить и о том, что он переехал из Мидлшира. Гораздо более интересной оказалась его семья. У таинственного пациента психиатрической лечебницы было трое детей. Один из них умер бездетным холостяком, у другого был сын, который женился, но в итоге не оставил детей, и третий порадовал мир двойней, мальчиком и девочкой. Девочку он назвал Эвангелиной.

— Ева Кло… — задумчиво произнесла тетушка Белла. — А может быть, Эва?

Когда маму Стивена привезли, она уже мучилась от боли и говорила с трудом. Она назвала свое имя быстро, между схватками, а потом его уже не уточняли. Неужели они ошиблись и все это время искали не того человека, хотя правда была у них под носом?

Белла Эрскин попыталась найти о ней что-нибудь еще, но Эвангелина не оставила других следов. Возможно, она тоже покинула Мидлшир, а возможно, просто ни разу не выходила замуж, не рожала детей и пребывала в добром здравии.

Тетушка попросила лист бумаги и аккуратно переписала ее единственный известный адрес. Вполне возможно, что она все еще живет там, и тогда вся эта красивая и стройная теория лопнет как мыльный пузырь. А может быть, ее там нет, и тогда… Об этом «тогда», решила тетя Белла, она подумает потом.