Книга Мертвый кролик, живой кролик, страница 135 – Елена Михалкова

— Семья Нины узнала о ее существовании только восемь месяцев назад, в феврале! – не выдержал Сергей.

В трубке воцарилась тишина.

— Это какое-то недоразумение, – проговорил Рутберг. – Как они могли узнать об этом в феврале, если Нина каждый месяц переводит алименты на детей?

За спинами у сыщиков посигналили. Они отошли, пропуская машину. За это время Илюшин успел понять, что произошло: Нина хотела произвести на своего скрипача хорошее впечатление и обманула его.

— Мне жаль вас разочаровывать, Арсений… – начал Макар.

— И потом, письмо! – взволнованно перебил Рутберг. – Ведь она отправила письмо, ее семья была прекрасно осведомлена о том, что с ней случилось. Вы же не думаете, что все эти годы Нина держала их в неведении? Это было бы исключительно жестоко!

— Что еще за письмо… – оторопев, начал Сергей.

— О том, что она жива, – удивленно отозвался скрипач. – Простите, неужели вы об этом не знали? Но как же… Выходит, Нина вам об этом не рассказала?

— Арсений, нам нужно срочно увидеться, – сказал Макар.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Они встретились в офисе Ратманского, в кабинете с зелеными стенами и библиотечной лампой. Секретарша строго взглянула на Макара, будто предупреждая: «Не доводи его». Ратманский выглядел уставшим и больным. Лицо у него посерело, но рукопожатие было крепким. Он стоял перед высоким скрипачом – маленький, худой, – будто защищая его от всех возможных бед.

— Что за ерунда с письмом? – спросил он, поздоровавшись.

— Это вы нам объясните, Константин Михайлович. – Макар опустился в кресло. – Нина не обмолвилась о нем ни единым словом.

Скрипач присел на краешке дивана, зажал длинные руки между колен.

— Должно быть, она сочла, что это очевидно, – неловко проговорил он.

— Разумеется, очевидно! – отрезал Ратманский, с шумом выдвинув стул. – Вы же не думали, что она просто исчезла, никому не сказав ни слова? Нина написала письмо своей семье через два месяца после того, как поселилась у меня.

— Вы его видели? – вмешался Сергей.

— Я его составлял вместе с ней! – вспыхнул старик. – Не пойму, в чем вы нас подозреваете?

— Все очень просто, – сказал Макар. – Муж Нины узнал о том, что она жива, чуть больше полугода назад. Ни о каких деньгах он не обмолвился ни единым словом.

— Врет!

— Я так не думаю. То есть да, Юрий врал, и много. Но вот конкретно в этом – вряд ли. Он случайно столкнулся с Ниной в маникюрном салоне и узнал ее по голосу. Есть свидетели. Им можно верить.

Ратманский озадаченно потер подбородок.

— Чепуха какая-то! Послушайте, Нина десять лет назад просто не находила себе места. Думала, что ей делать дальше. Она сдала клетки, пришла в себя, восстановилась после ушиба мозга. К тому времени я понял, что она собой представляет, и предложил ей: оставайся. Она приняла решение. Написала своему мужу письмо…

— Бумажное? – вмешался Бабкин.

Ратманский наградил его недовольным взглядом.

— На емейл. Зачем бумажное! «Юра, я ушла из дома и не вернусь. Со мной все в порядке, пожалуйста, не ищи меня, я больше не смогу жить так, как мы жили. Я не имею никакого права просить об общении с мальчиками, но если ты позволишь видеться с ними, буду тебе благодарна. Деньги стану присылать каждый месяц. Прости меня за то, как все обернулось. Я этого не хотела». Нина выходила через почтовый ящик в интернет-кафе, ей помогал Гришковец. Я настоял на этом. Не хватало еще, чтобы ее мужлан выследил Нину по ай-пи. Мне его габитус не внушал доверия.