Книга Повелитель стали, страница 48 – Рейчел Шнайдер

— Это твое настоящее имя – Джови.

В его тоне слышится прощание. Я качаю головой.

Затем он начинает разжимать мои пальцы от прутьев решетки.

— Нет.

Я не уверена, говорю я это ему или себе, но пальцы продолжают хвататься за решетку снова и снова. Нас накрывает еще одна волна, и опять наступает пора невыносимого ожидания. Под водой темно и холодно.

Экер упрямо пытается отцепить мои пальцы от решетки, но я сопротивляюсь, не желая сдаваться. Я продолжаю держать глаза открытыми, сосредоточившись на текущей задаче. Клинок ходит вверх-вниз в щели, но у меня не получается найти замок. Голову распирает давление, все сильнее и сильнее, я борюсь с инстинктивным желанием сделать вдох, зная, что это безнадежно, что легкие за пару секунд заполнятся не воздухом, а соленой водой и я умру.

Экер бьет по моим пальцам, но я продолжаю держаться за решетку и вонзаю клинок еще глубже.

Наконец-то!

Металл вибрирует от удара, словно столкнувшиеся мечи. Затем дверь поддается, и сила подводного течения распахивает ее до конца. Мы отчаянно тянемся друг к другу, прежде чем начинаем выплывать на поверхность.

Наверх, наверх и еще раз наверх.

Я глотаю воздух с громким вскриком облегчения, Экер вторит мне, но сейчас не время расслабляться. Кандалы едва-едва позволяют ему доплыть до крыши тюрьмы. Мы с трудом забираемся на нее и только теперь позволяем себе сделать передышку.

Экер откашливает воду, наслаждаясь кислородом, который наполняет легкие при каждом вдохе. Завывающий ветер сотрясает деревья и срывает листья. Стена грозовых туч надвигается так, будто хочет обрушить на нас все небо.

Я смотрю на кандалы на его запястьях.

Заметив, куда направлен мой взгляд, он поднимает руки, закованные в цепи, и тянет их в стороны, напрягая мышцы. Металл лопается, и цепь падает в воду. Он валится вперед, но успевает опереться на руки.

Я потрясена, не понимая, как такое вообще возможно.

И переношу внимание на прибой.

— Ты хорошо плаваешь?

Он смотрит на бушующее море, его грудь все еще ходит ходуном от напряжения.

— Думаю, скоро мы это узнаем.

У меня трясутся руки.

Я сжимаю их в кулаки, затем разжимаю и делаю глубокий вдох. Шторм прекратился рано утром, и скоро гвардейцы обнаружат, что в камере пленника больше нет. Ни живого, ни мертвого. И начнут его искать. Это всего лишь вопрос времени.

Но сначала он должен поесть.

Экер слишком отощал для морского путешествия. Когда минувшей ночью мы добрались до южной башни, он рухнул без чувств. Но надо отдать ему должное – это тяжелый заплыв даже в обычный спокойный день. А во время шторма, да еще когда у него оставалось так мало сил? Черт возьми, это было почти невозможно.

Я так и сказала, когда мы оказались на мосту, на доски которого нас выбросила волна.

— Я не думала, что у тебя получится.

Он даже не смог разлепить глаза и ответил:

– Я тоже.

«Стоит ли дать ему возможность отдохнуть на этом мосту?» – подумала я, но решила, что у нас будет больше шансов незаметно добраться до моего дома, пока продолжается шторм и все плотно заколотили двери и окна. Он ни разу не пожаловался, пока я, обхватив его рукой за плечи, поднималась вместе с ним на самый высокий ярус Элэхи.

Он с глухим стуком рухнул на пол моей комнаты и больше не шевелился.

До сих пор.