Книга Повелитель стали, страница 50 – Рейчел Шнайдер

Он смотрит на меня.

— Куда ты ходила сегодня утром? – Его взгляд жесток, в нем сквозит обвинение.

Я смотрю на него так же жестко.

— Зачем я стала бы спасать тебе жизнь, если бы хотела сдать гвардейцам?

Какое-то время он пристально смотрит на меня, затем сокращает расстояние между нами и вторгается в мое личное пространство. Я задерживаю дыхание, чувствуя, как меня охватывает трепет – или это страх, ведь он выше меня и сильнее?

Сердце екает, когда он берет меня за руку и вкладывает в нее кинжал.

— Закричи, если я понадоблюсь. – Затем он засовывает огрызок яблока в рот и начинает вылезать из окна, но останавливается, когда его взгляд падает на бурдюк с водой, лежащий на тумбочке, и он забирает его с собой.

Я выдыхаю.

— Само собой, – бормочу я, задергивая за ним шторы.

Я как можно быстрее сбрасываю одежду и подставляю голову под душ, чтобы намочить волосы. И успеваю накинуть одну из длинных ночных рубашек как раз перед тем, как раздается частый стук в дверь.

Из-за нее слышится голос Кея.

— Бринн, – зовет он. – Ты одета?

Собравшись с духом, я приоткрываю дверь.

— Кей? В чем дело? – За его спиной стоят два гвардейца.

Кей окидывает меня взглядом в приоткрытую дверь.

— Мы можем войти?

— Вы все? – спрашиваю я, нарочито опустив взгляд на ночную рубашку, практически прозрачную из-за тонкой ткани.

— Каждая хижина должна быть осмотрена, – отвечает высокопоставленный гвардеец, стоящий за его спиной. – Хотя вы и будущая жена нашего следующего капитана, мы не можем делать исключений.

Кей с сожалением толкает дверь, заставляя меня отступить. Я скрещиваю руки на груди и изо всех сил стараюсь изобразить растерянность. Гвардейцы расхаживают по моей комнате, что выглядит излишне, учитывая, насколько она мала. Кей бросает на меня извиняющийся взгляд, после чего поворачивается ко мне спиной, чтобы руководить обыском.

Мое сердце замирает в груди.

Под раковиной валяется рубашка Экера, смятая в комок, как будто она вызвала такое отвращение, что он не глядя отшвырнул ее туда. Ее можно легко узнать по пятнам крови и пота.

Я, шаркая ногами, перехожу на другую сторону комнаты, обхватив себя руками так, чтобы прикрыть наготу, а также заслонить скомканную рубашку.

— Что вы ищете?

Один из гвардейцев осматривает мокрый слив в полу, другой приподнимает одеяло на кровати, чтобы заглянуть под него. Затем он подходит к окну, откидывает пальцем штору, после чего отпускает ее.

Они поворачиваются к Кею и кивают ему, прежде чем удалиться. Кей закрывает дверь и запирает ее на щеколду.

— Арестант сбежал, – говорит он, и его взгляд останавливается на моих руках, которые сжимают край ночной рубашки так крепко, что костяшки пальцев белеют. Следует напряженная пауза. – Кто-то помог ему сбежать. Кто-то из Элэхи.

Он ерошит рукой волосы, пока его взгляд шарит по комнате. Ему не нравится такой поворот событий. Он вне себя от тревоги.

Я беру Кея за руку, притягиваю к себе и кладу ладонь ему на грудь. Мне не нужно изображать беспокойство во взгляде. Он обхватывает мое лицо руками и нежно целует в губы, успокаивая и немного снимая напряжение в груди.

Кей отстраняется, сдвинув брови и продолжая гладить мои щеки большими пальцами.

— Я люблю тебя, – говорит он, глядя мне в глаза.

В груди разливается тепло, и я моргаю, чтобы сдержать слезы. Он еще никогда не говорил мне этих слов, да и я ему тоже. На самом деле никто никогда не говорил мне их, или я не помню. Я никогда особо не задумывалась об этом, но сейчас понимаю, какой вес имеют эти слова.