Книга На перепутье. Даард, страница 121 – Ника Летта

Даард медленно опустил ладонь на покрывало рядом с собой.

Пальцы сжались. Ткань тихо треснула. Потом он отпустил. И лёг на спину. Аширо не сразу поняла, что это произошло. Он действительно сделал это. Без попытки снова притянуть её под себя в последний момент. Просто лёг.

Слишком огромный для этой постели. Слишком напряжённый. Слишком опасный даже сейчас, когда формально уступил.

Хвост лежал сбоку, но кончик его дёргался, как у зверя, которому приказали не бросаться.

— Довольна? — спросил он глухо.

— Нет.

Он повернул к ней голову.

— Нет?

— Я ещё не решила.

И прежде чем успела испугаться собственной дерзости, Аширо перекинула ногу через его хвост и села сверху — осторожно, не прижимаясь больше необходимого, но достаточно, чтобы он понял.

Она почувствовала, как всё его тело окаменело.

Не от борьбы. Даард сжал челюсть так сильно, что на скулах проступили тени. Руки лежали по сторонам, пальцы впивались в покрывало. Хвост дёрнулся, но не сомкнулся вокруг неё.

Аширо смотрела на него сверху вниз. Впервые. И это было страннее любого ритуала, сейчас самый опасный змайс Элтаэ лежал под ней и заставлял себя не двигаться. Потому что она так сказала.

ДААРД

Лечь оказалось труднее, чем убить. Даард понял это в тот миг, когда спина коснулась покрывала, а Аширо всё ещё стояла рядом и смотрела на него так, будто проверяла не мужчину, а целый мир на прочность.

Шарх.

Он мог бы остановить это одним движением. Одним изгибом хвоста, рывком руки, или приказом, произнесённым тем самым голосом, после которого в доме Маарц даже старые стены вспоминали порядок.

Зверь внутри знал это. И именно поэтому бесился от нетерпения.

Перевернуть. Подмять. Вернуть правильное положение вещей: он сверху, она под защитой, под рукой, в кольцах, в тепле, в безопасности, где не надо думать, не надо решать, не надо испытывать его этим невозможным взглядом.

Но она сказала: начните с себя. И он лёг. Потому что впервые за слишком долгое время услышал в женском голосе не просьбу о милости, не торг, не страх и не попытку выжить через чужую слабость. Требование. Не забрать, а дать. Разницу он ненавидел почти так же сильно, как понимал. Аширо осторожно перекинула ногу через его хвост и села сверху.

Даард окаменел. От слишком резкого и неправильного ощущения: женщина над ним. И это было не игрой и не ловушкой, предназначенной для разогрева брачных игрищ. Сейчас все было по настоящему.

Над ним возвышалась не добыча или самка, которую он мог бы прижать к себе и закрыть от всего мира. Женщина, решившая проверить, действительно ли её слово весит хоть что-то, когда под ним не протокол, не зал, не магия, а его собственное тело.

Его руки лежали по сторонам. Пальцы впились в покрывало. Ткань треснула тихо, жалко, почти оскорбительно.

Аширо это услышала и на секунду замерла, внимательно обводя его тело под собой. Змей внутри медленно, глубоко втянул воздух.

Её запах изменился. Настороженность. Гнев. Остатки слёз. Соль на коже. И под всем этим — тонкая живая искра желания, такая осторожная, будто она сама готова была придушить её голыми руками, лишь бы не дать ему почувствовать.

Почувствовал.

Шарх.

Даард закрыл глаза на одно мгновение. Ошибка. Во тьме она стала ближе.

Вес её тела через ткань. Тепло ладоней на груди. Дыхание — чуть неровное, но уже не сорванное. Сердце — быстрое, злое, живое. Не сердце женщины, которую сломали и поставили рядом как украшение чужой власти.