Книга Между пулей и любовью, страница 64 – Владимир Колычев

— Холодно, да? — улыбаясь, спросил Каменев.

— Д-да, — кивнул Викентий.

Никто не спешил ему на помощь, а за спиной Рэма маячили какие-то ужасного вида типы. Впрочем, это животное могло сожрать Викентия без посторонней помощи. Наброситься, как удав на кролика, затолкать в желудок и убраться в свою берлогу — переваривать добычу.

— Все правильно, месть — это блюдо, которое должно подаваться холодным.

— Месть? — Викентия затрясло как в лихорадке.

Два месяца прошло с тех пор, как не стало Никонова, Викентий все ждал, когда Каменев нанесет удар. Успокоился, ослабил охрану; оказалось, зря.

— Да ты не переживай, здесь менты. Здесь тебя не убьют.

Рэм всего лишь улыбался, но Викентию казалось, что он хохочет в голос, ржет как лошадь с высоты своего положения.

— А где? — в ужасе выдавил он из себя.

— А почему не спрашиваешь за что?

— За что? — спохватился Викентий.

Но было уже поздно. Впрочем, Каменев и без того знал, кто стоял за Никоновым.

— За яйца. Я подвешу тебя за яйца. Но не сейчас.

Викентий понимал, что угроза не пустая. Каменев очень опасен, у него деньги, у него бандиты, но главное — он сам как бронебойный снаряд, любую стену прошибет. Причем убить он мог прямо сейчас. Но почему-то не убивает. Может, ему что-то нужно? Викентий много чего ему интересного может предложить.

— А когда?

— Боишься не успеть? — Каменев пытливо смотрел в глаза Викентию. — Что ты там задумал против меня?

— Н-ничего.

— А чего дрожишь?

— Холодно.

— В могиле еще холодней… Зря ты думаешь, что это где-то далеко.

— Я не думаю.

— Живи пока. Но помни, что ты мне должен. Ты понимаешь меня?

— Что я должен?

— Должен. Что, я тебе потом скажу. И не вздумай мне отказать.

Взгляд у Каменева заледенел, но холоднее Викентию не стало. Дальше уже просто некуда. Если Каменев сейчас не уйдет, он просто окоченеет от холода.

Но Каменев ушел. Глянул с насмешкой и направился к своей машине. «БМВ» у него, на первый взгляд почти новая машина, но разве этот ублюдок не мог позволить себе такую? Это ведь его, Викентия рынок приносил бандитам сумасшедшие деньги. И они до сих пор не ответили за это. Может, пора?

Непонятный СОБР увез охрану, Викентий стоял у входа в банк, не в силах пошевелиться. Ему бы сбросить оцепенение и хотя бы вернуться в свой кабинет, а он стоял и думал, как уничтожить своего врага. И думал настолько серьезно, что Ульяна испугалась за него. Вынырнула откуда-то из круговерти взбесившихся мыслей, схватила его за руку и повела к машине. Викентий не сразу понял, что Ульяна живая, настоящая, а не бесплотный плод воспаленного воображения.

— Даже водителя увезли! — причитала она.

— Они что, не понимают, кто я такой! — вне себя от возмущения простонал Викентий.

— Знают! Отличная мишень!.. Давай за руль!

Двигатель работал, ключ в замке зажигания, Викентий сел за руль, включил скорость. Когда-то он сам себя возил, а сейчас у него водитель, охрана, он очень известный и солидный человек на правах заместителя министра. Но какая-то босота переиграла его — причем внаглую, на глазах у всех. С ментами договорились, закидали их деньгами, устроили маски-шоу с выходом. И ведь не привлечешь ментов, дело об убийстве Никонова не закрыто, а люди Горбылева — главные подозреваемые. Скажут, что проводили задержания в рамках следственного дела, и ничего им не будет. Даже если Викентий подключит все свои связи. Да и не подключит, потому что все, кто в теме, считают его причастным к гибели Никонова, вслух это никто не говорит, но Викентий чувствует отчуждение.