Книга Между пулей и любовью, страница 66 – Владимир Колычев

— И не только в руках. — Она села к нему на колени, потерлась грудью о его плечо.

Духи французские, запах свежий, головокружительный. И сама она такая знойная, упругая.

— Когда ты со мной, внутри все горит. — Она скинула бретельку сарафана.

Остальное сделал Рэм. После родов в ней уже не так тесно и туго, как раньше, зато страсти стало больше, так порой разойдется, аж дух захватывает. А потом долго не хочется домой приходить.

Варенька заплакала в кроватке, но Лена лишь ускорилась.

— Быстрей, быстрей!

И себя до точки кипения довела, и его через край выплеснуться заставила. Соскочила, бегом к дочке. Рэм потянулся за сигаретами. В принципе не так уж и плоха семейная жизнь, можно и почаще домой заходить.

Он уже докурил, когда в дверь позвонили. Он открыл и увидел Луку — глаза горят, дышит часто, как будто по лестнице на четвертый этаж галопом мчался. А может, и мчался.

— Рэм, Бурый вернулся! — выпалил он.

Рэм удивленно смотрел на Луку. Пацан действительно бежал, и для того, чтобы сообщить потрясающую новость, которая на самом деле не такая уж и ошеломляющая. Бурый служил во флоте, мог уволиться еще в мае, но ушел в дальнее плавание, такой вот дембельский аккорд. Сказал, что будет в июле, слово свое сдержал, ничего в том необычного.

— Ты для этого прибежал?

— Ну так я рядом тут, дай, думаю, заскочу!

— Где Бурый?

— В кафе, ленточки свои в борщ макает.

— Какие ленточки? — не понял Рэм.

— Так бескозырка же, — удивленно захлопал глазами Лука.

Странно, что Рэм не просек. И то, что не понимает его радости, странно не менее.

— С тобой нормально все? — спросил Лука.

— Не понял.

— А то такое ощущение, что кто-то тебе ствол в спину вжимает… А-а, Ленка!.. Лена, привет!

Лука не видел Лену, но помахал ей рукой. И был таков. Рэм пожал плечами, глядя ему вслед, закрыл дверь.

— Кто там был? — спросила Лена. — Неужели Стас?.. Сто лет бы его не видела.

— Чего?

Как-то не замечал Рэм неприязни со стороны к Луке.

— А Ирку кто бросил? — Лена удивленно повела бровью.

— Он не мог ее не бросить. Натура у него такая. Не может он с одной.

— А ты? — Из ее груди вырвался звук, похожий на икоту.

Это вырвалась на волю сдерживаемая тревога. Лена не слепая, видела, чувствовала, что не лежит у Рэма душа к ней. Потому и лезла из кожи вон, чтобы угодить. А он воспринимал это как должное, хотя у Беляша, например, жена еще та засранка. Красивая Оксанка, да, но в доме такой бедлам, и это без ребенка. А что будет, когда дети пойдут? Впрочем, Рэма этот вопрос мало волновал, он в личную жизнь своих друзей не лез. Тем более не интересовался, как Вася с Лилей живут. А они тоже свадьбу сыграли, на Красную горку, на Канарах медовый месяц провели, ребенка вроде бы ждут.

— У меня никого нет. Кроме тебя.

— Останься! — Лена чуть не плакала, снизу вверх глядя на мужа.

— Генка Буров из армии вернулся.

— Ну да, — вздохнула она.

Всегда у него найдутся причины оставить жену в одиночестве, причем уважительные. Она уже смирилась с этим, но все равно обидно.

— Пару часов побуду, — кивнул он, пожалев Лену.

Никуда Бурый не денется, да и пацаны на месте, развлекут его, расскажут, объяснят, как жить дальше. Понятное дело, Бурый рассчитывает на хорошее место в системе рынка, что ж, пусть пацаны этот вопрос решат, а Рэм уже потом скажет, да или нет.