Онлайн книга «Големикон»
|
Хюгге нужно было решиться. Да вот только хотелось просто провалиться сквозь землю. Испражненц не думал, что будет бояться, и в принципе как-то даже не собирался нервничать – в конце-то концов, он приехал сюда за триумфом, чего лишний раз нервы трепать. Но у него дрожали поджилки. Фюззель стоял, как неудачно возникшая посреди людной улицы статуя, и бегающими глазками облизывал ворота – золотистые барельефы грифонов с хитрым прищуром искрились на солнце. Утро выдалось чересчур холодное, даже морозное, но лоб почему-то у Испражненца вспотел – страх словно включился автоматически, без ведома самого Фюззеля, и теперь давал о себе знать лишь такими легкими намеками, готовясь выпрыгнуть монстром из табакерки в самый неудачный момент. Самозванный Император-Таверн-и-Харчевен сглотнул, выдохнул облако пара, с презрением посмотрел на него и, взяв ноги в руки – он будто бы буквально сделал это, ни то потянулся вверх на мысках, ни то полуприсел, – пошел к воротам. — А что если, – промелькнуло в голове, пока мир вокруг замедлялся, как в те самые моменты ожидания, вечно и неестественно долгие, – Кэйзер отправит меня… куда подальше? В конце концов, он – мэр, он внук Анимуса, а я… Испражненц отогнал дурную мысль, как наваждение. — А я это я, – если бы мысли в голове можно было выделять цветным маркером, Фюззель так бы и сделал. – Уж мне-то он не сможет отказать, и тогда… Он не успел додумать. И не потому, что неожиданно быстро добрался до ворот, которые мгновение назад казались такими далекими – просто они заскрежетали, и на улицу вышли Барбарио и Кэйзер. Точнее, только Кэйзер – второго непонятного человека для Фюззеля просто не существовало. Испражненц обомлел, но быстро собрался, втянул живот и с важным видом остановился, замерев на месте – двое шли как раз в его сторону. Фюззель стал ждать, пока его заметят и обратятся к нему. Конечно, они должны сделать это первыми, ведь нельзя же просто так пройти мимо такого человека… И они прошли мимо. Тогда Испражненц, приуныв, но не потеряв надежды, крикнул: — Мэр Кэйзер! Сам мэр, явно не привыкший к таким громким знакам внимания, остановился и обернулся, хмуро оглядев бегущего к нему Испражненца – такого человека очень просто было не заметить, точнее, заметить, но сделать вид, будто ты его не видел, и просто пройти мимо. Из Фюззеля сочилась хитрость, она коварно мерцала матовым пламенем в пожелтевших глазках, но вот только Испражненц не дотягивал до благородного, гордого лиса – шарму не хватало. Если это и был рыжий плут, то, для начала, вовсе не рыжий, ну а в целом – ободранный, неудачливый, пожелтевший и полысевший, явно делящий избушку с зайцем, от которого долгие годы пытался избавиться, да только тот оказывался проворней. Фюззель не нашел ничего лучше для разговора, как улыбнуться во весь рот, обнажив желтые кривые зубы. Когда решается судьба – остается только улыбаться. Барбарио, явно не желавший такой компании, многозначительно откашлялся. — Кэйзер, пойдем отсюда. Если ты не забыл, мы вроде как торопимся – ты сам постоянно торопишь… Мэр поднял руку – алхимик смолк. С чем, а с жестами Инкубус не спорил – они всегда несли иной посыл, чем слова, куда более четкий и точечный. В такие моменты, знал алхимик, Кэйзер думал. А прерывать его мысли – все равно, что пытаться удержать от столкновения две тектонические плиты голыми руками. |