Книга Наличники, страница 114 – Юлия Шляпникова

Катерина, пытаясь стряхнуть его руки, как котенка, грозно воззрилась на Аню.

— Ты забралась дальше, чем твои предшественницы. Думаешь, сможешь справиться?

Она явно говорила о проклятии.

— Я пришла просить вас за Оничку. Отпустите ее, пожалуйста, она устала быть привязанной к этим камням, – начала Аня, но Катерина громко рассмеялась, отчего, казалось, земля под ногами зашаталась.

— Гнилое семя! Нашла себе защитницу?

Позади раздался звук, напомнивший Ане скрип деревянных качелей, и когда она обернулась, то увидела отходящую от камней фундамента тень. На ходу та обратилась в Оничку и сконфуженно улыбнулась ей.

— Я и не думала, что нам может повезти, – сказала она, становясь рядом с Аней. – Бабушка, прости нас, пожалуйста!

Катерина позволила Руслану встать, и он, отскочив от нее на безопасное расстояние по тропе, принялся отряхивать одежду и меховую шапку от снега.

— Подождите-подождите, – пристально вглядываясь в его лицо, сказала Катерина. – А не сам ли шаман к нам пожаловал? Я что, зря отделила твою душу от тела и отправила бродить по миру? Как ты нашел путь?

Руслан не знал, что ответить, потому что обращалась она вроде не к нему, и это совсем его запутывало.

— Молчи, молчи, все равно толку от тебя никакого не было, – покачала головой Катерина. – Только увел с пути истинного мою правнучку.

А это, кажется, уже ему адресовано.

— Нет никакого истинного пути, – откликнулся Руслан. Кажется, на расстоянии его страх перед Катериной поутих, но стоило ей бросить на него очередной грозный взгляд, как он сделал шаг назад и чуть не свалился в сугроб.

— Конечно, тебе, отступнику, не понять. Вот он ведал, твой шаман, что среди всех путей только один ведет к правде. Его собственный шел совсем в другую сторону.

— Откуда вы столько знали? – спросила Аня. – Способности к колдовству мы получили от вас?

Она понимала, что вопрос не в тему может только разозлить, но решила попробовать отвлечь ее внимание. На счастье, Катерина охотно ответила:

— Ну не шаманская же магия тебе передалась! Ах, если бы я знала все, что накопила к старости, в тот день, когда ногайцы убили мою семью!

— Это были не они, бабушка! – робко перебила ее Оничка. – Это было башкирское племя, с которым воевал твой отец!

— Ты-то откуда можешь знать, гнилое семя? – вспылила Катерина, и снег вокруг нее завертелся вихрями.

— А глаза-то у меня ваши, – заметила Аня.

— Я сделала так, чтобы в каждом поколении была девочка с карими глазами, – подала голос Оничка. – Только она могла бы снять проклятие.

— А я сделала так, чтобы каждой этой девочке встречался тот, кто покажется ей истинным, да будет ложным. Думала, сможешь переиграть собственную бабку? – Катерина рассмеялась. – Ничему-то ты не выучилась, гнилое семя!

— Никто не заслужил вашей ненависти, кроме того, кто убил вашу семью, – сказала Аня, отступая на пару шагов назад и почти упираясь в стену дома. От камней фундамента потянуло холодом, и она недоумевающе взглянула на Оничку. Та только улыбнулась.

Ободренная, Аня продолжила:

— Пожалуйста, снимите с нас проклятие! Это можете сделать только вы, ведь материнское проклятие – самое сильное и никому больше не подвластное.

— Думаешь, пришла, попросила, и все будет по-твоему? – Катерина нисколько не успокоилась, вихри у ее ног не переставали кружить.