Книга Колдовская ночь, страница 109 – Александр Матюхин, Александр Подольский, Дмитрий Тихонов, и др.

Ох, это было любимое дело для Заряны – обвешивать лентами пахучее гильце, прикасаться к клейким листочкам, прося богов о чём-нибудь, а затем защищать тонкий ствол вместе с остальными девками от Полесских парней – те накидывались толпой и с хохотом утаскивали каждую.

На закате они водили хороводы, что перерастали в дикую, жаркую пляску, как только червонный плащ солнечного бога затмевало иссиня-чёрное покрывало. Когда в небе угасали последние всполохи, девки размыкали руки и с хохотом бежали к берегу – топить гильнце в озере. Жаль, что завтра вместе с лентами, венками и пёстрым деревцем на дно уйдёт и Заряна.

Она прикусила нижнюю губу и посмотрела на подвенечную рубаху. Пришлось делать на скорую руку, поэтому вышивка получилась кривой, а рукава были пришиты грубо. Словно ножом поработали.

С улицы несло пьянящим запахом мёда и трав. Готовились – варили снадобья и отвары из ягод, от которых голова шла кругом. Чтобы плясать и не думать. Заряна надеялась выпить огромную кружку прежде, чем отправиться к жениху. Ах, её ведь даже перед чурами не обвенчают – просто отправят в воду и будут вспоминать, как нежить.

— Переживаешь? – послышался голос Вятко.

Брат был единственной опорой. Он не прятался от Заряны, не трясся от её вида так, словно перед ним находилась русалка – наоборот: Вятко не унывал, шутил, приносил ей цветы, нитки бус и раз за разом повторял, что найдёт способ вытащить её со дна озера.

— Да чего уж там, – махнула рукой Заряна. – Я своё отпереживала уже.

Она смирилась, пусть не сразу. Поначалу, когда услышала про слова волхва, побежала к Стешке. Нахмуренная ведунья рассказала ей правду – что увидела тогда озёрное дно, Водяного и её, Заряну Ольховну, в его владениях, а ещё – ливни.

Стешка могла бы сказать сразу, но решила выждать. Она не могла спасти Заряну. Конечно, за ней никто не следил – скорее обходили другой дорогой и относились как к… мёртвой. Ушедшей.

— Всё будет хорошо, сестрица, – Вятко подошёл, встал рядом и провёл ладонью по её голове. – Я не дам тебя в обиду.

— Всё уже решено, – Заряна горько усмехнулась. – Если ты меня спасёшь, то засуха продолжится.

— Я смогу, – брат поцеловал её в лоб. – Просто верь мне.

Как же потеплело на сердце! Хотелось, чтобы у Вятко всё получилось, но Заряна сомневалась. Что сможет человек против богов? Ведь и у отца ничего не получилось, а он ходил в капище ещё раз, приносил дары, спрашивал. Бесполезно. Один и тот же ответ.

За окном палило солнце. Удивительно, что травы и ягоды проросли, правда, не все. Рубаха липла к телу, а ноги оставались холодными, словно Заряна уже стояла по пояс в воде. Не зря её венок никто не ловил, кроме Вятко. Она не была ни дурной, ни красивой – самой обычной. Некоторые парни посматривали в её сторону до недавней поры, но набиваться в женихи не торопились.

Так было даже лучше. Будь сердце занято, Заряна не смогла бы сидеть спокойно. Может, решилась бы сбежать и обречь свой род на голодный год.

«А может, боги выбрали тебя как раз потому, что у тебя самой сердце как у неживой?»

И впрямь – все сёстры уже гуляли с хлопцами. Кого-то уже отдали в другой род, кого-то только собирались. Заряна же бродила по лесам вместе с Вятко, помогала матери справляться с хозяйством и по вечерам собиралась с остальными в чьей-нибудь избе. Чаще всего – у Полесских. Они смеялись, делились сплетнями, обсуждали последние вести и, конечно, женихов.