Книга Колдовская ночь, страница 106 – Александр Матюхин, Александр Подольский, Дмитрий Тихонов, и др.

1

В избе было жарко и тускло – всего одна лучина горела в светеце, и все девки, словно заколдованные, смотрели на её отражение. До чего же дивно! Заряна тоже глядела на воду – та дрожала от малейшего движения, словно была живой и тоже вслушивалась в девичьи шепотки.

Они собрались у ведуньи целой толпой – все хотели погадать на женихов за несколько седмиц до Купалы. Некоторые уже знали ответы и пришли взглянуть, другие, наоборот, вертели головой по сторонам, смотря то на свисающие охапки трав, то на отвары возле окна. Наверняка целебные.

— Ну, чего рты раскрыли? – хмыкнули Стешка. – Изба как изба. Лучше подходите к столу, хватит толпиться.

Стешка была вдвое старше их всех. Она только-только начинала седеть, но глаза… О, таких колючих и одновременно тёплых глаз Заряна ещё не встречала. Ведунья всегда бурчала, ругалась, иногда кричала, но постоянно оказывалась неподалёку, стоило случиться чему.

Стешку обвиняли в краже молока, подмене детей и засухе, что плясала на полях и губила всё зерно, но к ней же бежали за советом, отваром, разговором по душам, её просили принимать роды и осматривать матерей.

Заряна подошла к столу вместе с остальными. Среди засушенных трав стояла миска с зерном. На ней-то Стешка и собиралась гадать, предсказывая девицам будущее. Ведунья осмотрела их, усмехнулась и спросила:

— Ну, кто первый?

Девки вытолкнули из толпы Славену, а сами с хихиканьем и любопытством начали глазеть.

— Мне бы на жениха, – потупилась та, тряхнув косой.

Стешка прикрыла очи, опустила руку в миску и начала перемешивать зерно. Заряна замерла в нетерпении. И страшно, и интересно! Аж захотелось облизнуть сухие губы, но она не решилась – вдруг отвлечёт ведунью?

— Будет тебе жених. Скрепят вас перед чурами после Купалы, и уедешь в его дом, – забормотала Стешка.

Славена аж зарумянилась от радости и чуть не подпрыгнула. Заряна и представить не могла, как ей было легко. Видно, что тяжесть с плеч спала. Ведунья закончила гадание и кивнула ей.

Дальше всё потекло по-старому: каждая девка подходила к столу, задавала вопрос и ждала. Кого-то Стешка несказанно порадовала, кто-то выбежал в сени, хлюпая носом, кто-то нахмурился. Если одним становилось спокойнее, то другим, наоборот, ещё страшнее. Наверное, поэтому многие отказались идти к Стешке. Не хотели знать ни хорошего, ни плохого, чтобы сердце не трепетало лишний раз.

Прошло целых две лучины. Девок в избе становилось всё меньше. Уже не было душно и тесно – дышалось свободнее, несмотря на обилие трав. Зверобой, мятлик, полынь, мята, ромашка и что-то ещё. Смесь запахов могла вскружить голову, но Заряна не поддавалась. Она не просто так пришла к ведунье.

— О, – Стешка взглянула на неё, – никак из рода Ольховичей?

Заряна кивнула. Да, Ольховичи дружили с ведуньей, считая, что в трудный миг она непременно поможет. В конце концов, к кому ещё обращаться, если не к чарам и богам? Только ворожба могла спасти от большой беды.

— Я хочу узнать, когда закончится засуха, – Заряна прикусила нижнюю губу.

Стешка нахмурилась, но кивнула и начала мешать зерно. Долго-долго, словно боги не хотели давать ответ на этот вопрос. Заряна сжала вспотевшие пальцы и мысленно взмолилась, прося Перуна и Мокошь-матушку смиловаться.