Книга Доктор Фальк и убийства под парусом, страница 23 – Игорь Евдокимов

— Филимон Кондратьевич, скажите, сколько пальцев я показываю? – спросил доктор.

— Кхе… – прокряхтел боцман. Он наклонился в сторону Фалька и сощурился. После некоторой паузы Персиков неуверенно произнес: – Два?

— Арсений Устинович, боюсь, такой свидетель в суде окажется бесполезен, – заключил Василий Оттович и вернулся на свое время.

— Тоже мне, устроили экзамен! – проворчал Персиков. – Ну да, глаза у меня не те, что в молодости! Но я ж вижу, что это вы, доктор. Вот и князя узнал! Рост, одежда, походка – все его! Лица, может, и не видал, но выправку-то не спутаю!

— Значит, спутал. – Несвицкий сказал это спокойно, без упрека, просто констатируя факт. Он посмотрел на Новикова: – Господин следователь… Арсений Устинович, кажется… Сдается мне, что у вас один свидетель против моего десятка. И уж они-то мое лицо запомнили, можете проверить.

— Обязательно так и сделаю, ваша светлость, – мрачно пообещал Новиков.

— Не смотрите волком, Арсений Устинович, – попросил князь. – Я, конечно, понимаю ваше разочарование и согласен, что мне следовало аккуратнее выбирать слова, но если моих друзей действительно убили, то это сделал не я. Уж простите за дурацкий оборот речи, знал бы обстоятельства – подумал трижды, прежде чем сказать. Более того, я искренне хочу помочь вам понять, что произошло. Поэтому полностью в вашем распоряжении. Если необходимо ответить на дополнительные вопросы – приходите, задавайте, в любое время дня и ночи. Если потребуется любая помощь – обращайтесь. Если начальство будет мешаться под ногами – скажите, я воспользуюсь своими связями, вам предоставят полную свободу и все необходимые ресурсы. Ваша дотошность и цепкость мне импонируют. Просто направьте их на поиски истинного убийцы, прошу.

Несвицкий с серьезным видом протянул руку Новикову, и тот, помедлив, ее пожал. Фальку оставалось лишь восхититься обаянием князя и его умением общаться с людьми. Константин Михайлович выглядел искренне, его голос звучал доброжелательно, в нем не было ни тени обиды или раздражения. Складывалось ощущение, что Несвицкий действительно готов приложить все усилия, чтобы помочь следователю и полиции найти преступника. Истинный дипломат.

— Благодарю за предложение, буду иметь в виду, – ответил тем временем Новиков.

— Я могу еще чем-нибудь вам помочь сейчас?

— Сейчас, пожалуй, нет, – произнес следователь, сверившись с часами. – А вот завтра с утра я попрошу вас помочь в осмотре яхты. Возможно, глаз хозяина увидит что-то, что скрылось от нас. В девять утра вас устроит?

— Конечно, – кивнул князь. Он поочередно пожал руку Новикову, Попову, Фальку и Сидорову, милостиво кивнул Персикову и покинул сигарный зал.

— Истинный дворянин, уважаю! – нарушил молчание Евграф Андреевич, восхищенно уставившись на закрывшуюся за Несвицким дверь.

— Думаете, он сказал правду? – спросил у следователя Фальк, дипломатично промолчавший весь разговор.

— Неважно, что я думаю, – откликнулся Новиков. – Важно то, что я могу доказать. Если показания князя будут подтверждены свидетелями, как он и сказал, то у него появляется алиби на предположительное время убийства. Я же правильно понимаю, что вы не сможете сказать точно, во сколько был убит Рыбин?

— Увы, после ночи, проведенной в холодной воде, это невозможно.