Книга Индийский лекарь. Том 2, страница 33 – Алексей Аржанов, Михаил Майоров

— Я принимаю ещё аспаркам, — найдя в телефоне заметку, ответил пациент.

— Это вам наш кардиолог назначил? — удивлённо спросил я.

Неудивительно, что у него так сильно падало давление. Это же несовместимые препараты. Неужели у нас работает такой «замечательный» кардиолог?Такое вообще нельзя назначать. Так и до сердечной блокады недалеко.

— Да мне друг посоветовал, ему помогает от сердца хорошо, — признался пациент. — Правда, мне что-то совсем дурно, поэтому вот пришёл к вам. Может, дозировку одного из препаратов нужно снизить?

Вот в чём дело. Очень часто из-за таких друзей возникают проблемы. Ну, если у тебя нет медицинского образования или определённого набора знаний, то как можно самостоятельно принимать решение относительно препаратов, которые тебе нужно пить? Благо, что этот пациент признался хотя бы в этом.

— Аджай, — впервые обратился ко мне по имени Кагари. — Нужно ему сделать обязательно электрокардиографию.

— Я собирался её назначить. Но спасибо, — ответил я. — У меня тоже есть подозрение на сердечную блокаду.

Пациент с недоумением слушал, как мы общаемся на непонятном ему языке.

— Так как нам быть, доктор? — обратился ко мне пациент.

— Держите, — я протянул направление на ЭКГ по цито. — Пройдите в наш стационар, посмотрим, как ваше сердце работает. Потом зайдёте ко мне без очереди, и я вам всё по поводу лечения объясню.

— Хорошо, — пациент взял направление и вышел из кабинета.

— Разрешите, проведу небольшой тест? — обратился ко мне Кондо.

— Конечно, — пока что я решил не звать следующего человека.

— Что с этими препаратами не так? Почему от них пациенту стало плохо? — спросил он.

— Если объяснять простым языком, то бисопролол снижает нагрузку на сердце, — спокойно ответил я. — Уменьшает частоту пульса. Спиронолактон возвращает калий из мочи обратно в кровь. А совет друга пациента оказался в этой ситуации лишним. Ведь аспаркам — это и есть по сути калий.

— Достаточно! — с ноткой удовлетворения в голосе ответил Кондо. — В верном русле мыслите. А на ЭКГ зачем отправили?

— Проверим, не довёл ли он себя до блокады, — пожал я плечами. — Аспаркам во всяком случае необходимо отменить.

— Я бы полностью изменил схему лечения, — добавил Кондо. — Любую из стандартных схем лечения артериальной гипертензии.

— Допустим, антагонист кальция и ингибитор АПФ, — кивнул я. — Эта схема вполне обычная, и хорошо подойдёт в данном случае.

— Да, вполне подойдёт! — ответил Кагари. — И обязательно на повторный приём к кардиологу. Пусть уже дальше с ним разбирается. Тем более завтра я лекцию проведу. Повторно пробежимся по основным препаратам.

Я кивнул головой в знак согласия. В скором времени пациент вернулся в кабинет. В результате ЭКГ действительно фигурировала сердечная блокада.

Совместными усилиями с Кондо мы изменили схему лечения, объяснив, что самостоятельно препараты от артериальной гипертензии комбинировать не стоит. Выписав направление к кардиологу, я отпустил пациента.

Закончив вести приём, я собирался идти домой. Но Кагари предложил где-нибудь пообедать вместе и немного пообщаться. В целом я был не против, потому что времени перекусить сегодня у меня совсем не было. А ехать на голодный желудок сорок минут до дома — перспектива очень сомнительная.

Кондо хотел что-нибудь отведать из индийской кухни. Я списался с Амитой, чтобы она подкинула мне идею, в какую сторону мы можем направиться.