Книга Наперекор моим ошибкам, страница 233 – Дина Сдобберг

— Говорят, он сам догадался, что ему врали обо мне, — взяла одну из рамок с полки Майя.

— Конечно. И это было важно. Потому что если бы он сам не сложил все части в своей голове, он просто не поверил бы. Рассказывать кому-то со стороны было бы бесполезно. А так он привёл к тебе помощь и заранее предупредил, откуда ждать опасности, — не допустила и тени сомнений я. — Ты и я не можем желать отомстить друг другу. И не потому, что этим поставим перед выбором близких нам людей. А потому, что мы обе пострадали от рук одного и того же человека. В том, что с нами произошло, в наших ранах виноват Стерохин. Но ему отомстили.

— Да, я должна была ехать к Алине. И ждала, когда Влад освободиться. Он допрашивал Стерохина. Я вернулась в тот дом. У меня был тайник в углу за кроватью, там угол плинтуса отходил. — Усмехнулась Майя, напомнив мне своего брата. — Я уверена, он с лихвой познакомился с болью и беззащитностью. И точно пожалел о многом в своей жизни.

— Заслужено, — пожала плечами я. — И я рада, что сама или с помощью Алины, ты перешагнула через всё случившиеся. Иначе бы он победил.

— Ты не права, — ответила мне Майя. — В том, что придаёшь значение делам Стерохина, насилие над человеком не должно пачкать самого человека. В тот раз, после осмотра Алина села со мной рядом и рассказала о своём прошлом. И рассказала, что каждый раз, после того, как помогла кому-то, закрывая карту, она себе говорит, что не будь её было бы хуже. А значит, её ценность в этом мире никак не изменилась из-за пережитого. Ты помогаешь людям после операций. Значит и твоя травма не уменьшает твоей ценности в жизни.

— Моя травма и привела меня на эту дорогу. Знаешь, одна моя... - я задумалась, как вернее описать наши отношения с девочками. — Одна моя сестра, говорит, что в мире ничего не бывает просто так. И чтобы получить что-то ценное, нужно заплатить назначенную судьбой цену. Ты тоже решила связать свою жизнь с медициной?

— Нет, ты что? — засмеялась Майя. — Я от этого очень далека. Но... Знаешь, я не настолько талантлива, чтобы восхищать на сцене. Но технику знаю, как никто. И ничего не забыла. А есть детки в детских домах, как Влад, просто те, которые хотят, но нет возможности учиться. И в центре, в детское отделение привезли девочку, она, как сказали, сложная. У неё аутизм. Но странно, она когда напугана, она прячется от мира в танце. Неправильно, коряво, так только себе навредить можно. Но танцует. И я вдруг решила, что нужно разуться и хотя бы пару оборотов. А она стала повторять и улыбаться. И спокойно дала взять кровь. Глеб сказал, что скоро откроют парк и там будет что-то вроде клуба. Наверное, можно будет там устроить танцевальный класс?

— Это невероятно! Правда, — обрадовалась я. — И у Аллы Анатольевны были журналы, куда она записывала схемы, уточнения, ход занятий. Если они сохранились, то может тебе пригодятся?

— Я попрошу Глеба, — кивнула мне заметно оживившаяся Майя. — Кажется танец действительно моё призвание, хоть и не так, как это видела моя мать. Заниматься в жизни нужно тем, что само позвало. Иначе... Знаешь, Юра терпеть не мог всё это право и свою работу. Ещё во времена учёбы это понял. Его отец заставил угрозами, что иначе не будет содержать меня. Из Юры не вышло следователя, как и прокурора.