Книга Чёрная Роза. Кавказский брак, страница 58 – Лика П.

— А ты что так рано встала? — спросил он первым делом, подходя ближе и стягивая с себя пропитанную потом футболку одним движением, обнажив рельефный торс.

— Выспалась просто, — ответила она тихо, но взгляд её невольно скользнул по его фигуре — по рельефным мышцам живота, по влажной, блестящей коже, по широким плечам и сильным рукам. В голове мелькнуло стыдливое: «Странный он… Где это видано, чтобы жена спокойно спала в постели, когда муж уже на ногах, бегает, тренируется? Нехорошо это, будто я лентяйка какая-то, лежу без дела».

Мансур приблизился, сел на край кровати рядом и осторожно взял её за подбородок пальцами — нежно, но настойчиво, повернув лицо к мягкому утреннему свету из окна. Осмотрел отёкшую сторону внимательно: глаз всё ещё был припухшим, повязка на лбу чистая, но под ней проступала лиловая гематома.

— Как себя чувствуешь сегодня? Голова не кружится? — спросил он голосом, полным заботы.

— Нормально… Только лицо отекло ещё больше, кажется. Страшно даже к зеркалу подходить — наверное, как монстр выгляжу.

— Утренняя отёчность скоро спадёт, не переживай, — пояснил он спокойно, но в глазах мелькнула тень беспокойства — он не мог скрыть, как это его задевало. Заметив, как она смотрит на него — пристально, почти заворожённо, не отрываясь, — спросил с лёгкой улыбкой: — Что-то не так? Почему так смотришь?

— Всё так, — прошептала Роза, опустив взгляд в смущении, щёки её слегка порозовели, как у девчонки.

Пальцы Мансура замерли на её подбородке не отпуская.

— Роза, — сказал он требовательно, но мягко, заставляя поднять глаза.

Она подняла — большие, тёмные, полные внезапной нежности и удивления.

— Я смотрела на твои глаза… Они у тебя с золотистыми вкраплениями, как искры… Мне раньше казалось, что просто чёрные, — призналась она смущённо, будто только вчера с ним познакомилась, а не была уже замужем за ним какое-то время.

Мансур помолчал секунду-другую, глядя на неё глубоко, проникающе, потом уголок его рта дрогнул в редкой, тёплой улыбке.

— Так и есть, они чёрные. Но когда ты рядом — настроение меняется, и появляются эти вкрапления, — ответил он после короткой паузы, и в голосе появилась такая хрипотца, низкая и интимная, что у Розы перехватило дыхание, а по спине пробежали мурашки.

Он потянулся к её губам — медленно, давая ей возможность отстраниться, если захочет, но она не шелохнулась, даже дыхание затаила. Поцелуй был мягким, нежным, как прикосновение крыла бабочки, — полным той тихой любви, что росла между ними день ото дня, неуклонно, как рассвет в горах.

— Пойду в душ, освежусь, — сказал он, отстраняясь неохотно, и встал, направляясь в ванную комнату.

— Хорошо, а я… пока приготовлю завтрак, — вдогонку бросила она, уже поднимаясь с постели, чувствуя себя хозяйкой.

— Нет. Подожди меня здесь. Я быстро — и вместе спустимся, приготовим завтрак вдвоём.

Роза замерла на месте, кивнула — удивлённо, но так счастливо, что глаза её заблестели. Мансур скрылся в ванной, не видя, как лицо её вытянулось от чистого изумления. Она не могла поверить своим ушам: муж предлагает готовить вместе? Такое она видела разве что в кино или читала в модных журналах о «городских» семьях, где всё по-современному. В их посёлке это было немыслимо — мужчина, и у плиты? Это обязанность женщины, и точка. Но с Мансуром всё было иначе, по-новому, и это трогало её до глубины души, до слёз тихой радости.