Онлайн книга «Здравствуй, папа-офицер! Цель вернуть семью»
|
— Тихо, принцесса, — мягко говорит он. — Маме пока нельзя резких движений. Смотрю на него, и не понимаю, что чувствую. Почему он здесь? Как он узнал? Почему Мила с ним? В груди снова нарастает тревога, но я стараюсь её подавить. Не хочу пугать дочь. — Яков… — хрипло выговариваю. Он поднимает глаза, и я вижу в них что-то новое. Не ту холодную отстранённость, что была раньше, а… тревогу? Заботу? Это сбивает с толку. — Таня, — его голос звучит непривычно тихо. — Мы так рады, что ты с нами. Мила, не обращая внимания на наше молчаливое противостояние, вырывается из рук Якова и осторожно берёт меня за палец. — Мама, ты проснулась! — её голос дрожит от радости. — Я так молилась, чтобы ты проснулась! И папа говорил, что ты услышишь! — Папа? — я перевожу взгляд с дочери на Якова. — Ну да, папа, — Мила смотрит на нас, будто не понимая, почему мы так странно смотрим друг на друга. — Он теперь живёт с нами! Ну, почти с нами. Он в своём доме, а мы переехали туда. Но это почти одно и то же! Яков чуть краснеет, но кивает. — Да, Таня. Моя дочь живет со мной. Ты можешь к нам присоединиться, — бросает так, словно для Милы все решено. Но мне великодушно позволяют остаться с дочерью. Андрей… где сейчас Андрей? Знает ли он, что Мила с Яковом? Как это всё произошло? Почему Андрей не забрал Милу? Мила смотрит на меня своими голубыми глазами, и в них столько счастья, столько надежды… Она счастлива с ним… со своим папой… Она доверяет ему… О том, кто отец Милы, я от дочери не скрывала. Она у меня любопытная. Сама нашла нашу с Яковом фотографию в моем альбоме. Ткнула пальцев в Якова и сказала, что это ее папа. У них глазки похожи и волосики. Я отрицать не стала. И это заставляет меня сделать глубокий вдох и попытаться отпустить страхи. — Мама, а ты теперь с нами поедешь? — Нет, маме еще нужно подлечится, — отвечает за меня доктор. — Оставлю вас. Но недолго. Татьяне нужно отдыхать, — обращается он к Якову, и тот кивает. После доктор выходит. — Тогда мы будем приходить каждый день, — обещает Мила, смирившись с тем, что она не останется со мной. Странно… Моя дочь зависима от меня. Сколько я пробыла без сознания? Может она успела отвыкнуть? Разлюбить меня? — И рассказывать тебе всё-всё! И рисовать картинки! — продолжает Мила. — Договорились, — пытаюсь улыбнуться в ответ, и на этот раз получается. Яков делает шаг ближе и достает банковскую карту, которую протягивает Миле. — Пойди купи всем шоколадок, — отсылает ее. — Все как я тебя учил, нажимай. — Всем? — переспрашивает, и начинает нас считать. — Мама один, папа два, я три! Три шоколадки! — Да, беги! Мила убегает за шоколадками, и в палате повисает тяжёлое молчание. Я смотрю на Якова, пытаясь прочесть в его лице хоть что-то — намёк на прежние обиды, тень раскаяния, хотя бы намёк на человеческие чувства. Но он стоит спокойно, сложив руки на груди, и смотрит на меня так, будто мы обсуждаем погоду, а не судьбу нашей дочери. — Отослал ребёнка, чтобы поговорить о своих планах? — мой голос ещё слаб, но в нём уже звучит сталь — Не драматизируй, — Яков чуть приподнимает бровь. — Она вернётся через пять минут. А нам нужно кое-что обсудить. Завтра к тебе придёт адвокат. Напрягаюсь всем телом, и боль в рёбрах вспыхивает с новой силой, но я не обращаю на неё внимания. |