Книга До самой смерти, страница 73 – Элис Вайлд

— Пожалуйста, – выдыхаю я, качая головой.

Его губы изгибаются в усмешке, когда он тянется ко мне, его пальцы впиваются в мою кожу, вдавливая осколки стекла еще глубже. Аид рывком ставит меня на ноги, не обращая внимания на то, что я морщусь и задыхаюсь от боли от его прикосновений. Страх сжимает мое сердце, когда он тащит меня через комнату к своему огромному ложу, покрытому темными шелковыми простынями.

— Молчать, смертная, – шипит он. – Ты должна заплатить за свое непослушание.

С этими словами он швыряет меня на шелковую ткань.

Мое тело дрожит, когда он взбирается на кровать рядом со мной, его холодные голубые глаза изучают мое лицо, когда он прижимает меня к себе.

Я словно пригвождена к месту, пока его руки скользят по моим изгибам, проникая между моих ног. Я не могу двигаться, не могу говорить, он смотрит на меня сверху вниз с самодовольной усмешкой, и я понимаю, что это все.

Это конец.

Но в моем теле вспыхивает сопротивление.

Я не позволю ему просто так взять меня.

Я бьюсь, пытаясь вырваться из его хватки. Двигаю бедрами, стараясь сбросить его с себя, у меня ничего не выходит, но этого достаточно, чтобы вывести его из себя. Через мгновение его руки хватают мои запястья и поднимают их над головой, еще сильнее прижимая меня к кровати.

Я все равно не прекращаю бороться. Если он думает, что я легко сдамся, то пусть знает, что его ждет совсем другое.

Слезы жгут глаза, когда он сводит мои запястья вместе, освобождая одну руку, чтобы скользить ею по моему телу. Схватившись за вырез моего ночного платья, он разрывает его, обнажая грудь, а я, как могу, продолжаю пытаться вырваться из его хватки.

Он рычит от ярости, из-за того, что я все еще не подчинилась ему.

Его гнев растет с каждой секундой моей борьбы, но он не собирается сдаваться. Его рука скользит к моей талии, он хватается за платье и задирает его еще выше.

Я бьюсь изо всех сил, но это бесполезно. Ему слишком легко удается убирать мои юбки в сторону.

— Нет, – выдыхаю я, когда его рука скользит между моих бедер.

Его губы растягиваются в торжествующей улыбке, и он приподнимается надо мной, лишь настолько, чтобы освободиться от своих штанов. Я пытаюсь воспользоваться этим, чтобы вырваться, но не успеваю, потому что он отпускает мои запястья, чтобы обхватить ладонью мое горло, придушивая меня, пока его тело вновь не наваливается на мое.

Я царапаю его руку, задыхаюсь, отчаянно пытаясь вдохнуть, но уже знаю, что будет дальше.

Холодный ужас разливается в животе, когда он придвигается, чтобы взять то, что ему нужно, и я напрягаюсь, готовясь к неизбежному.

Но прежде чем он успевает совершить задуманное, двери комнаты взрываются, разлетаясь на тысячи осколков.

Обломки сыпятся на нас дождем, вонзаясь в кожу Аида. Он рычит от боли и ярости, оборачиваясь, чтобы увидеть, кто посмел его прервать.

Я, пользуясь моментом, отползаю на несколько дюймов назад и, выглядывая поверх его плеча, вижу фигуру, стоящую в зияющем проеме, где раньше были двери.

Там, окутанный чернильно-черными тенями, стоит Смерть.

Моя Смерть.

Ярость, не похожая ни на что, что я когда-либо знал, вскипает во мне при виде сцены, которая разворачивается передо мной.

Сила и гнев текут по моим жилам, переплетаясь с самой сущностью моего бытия. Я хочу лишь одного – смерти этого человека.