Книга Цена любви и мести, страница 58 – Анастасия Разумовская

— Кьярваль…

И не сразу поняла, почему под ладонями мускулы налились сталью. Попыталась снова прижаться к его силе, но герцог резко отстранил, стиснул рукой её горло. Ирис захрипела, заглянула в его глаза и пришла себя. На неё смотрел зверь. Златоглазый и безжалостный.

Его пальцы сжались. Тело пронзила боль. «Он меня сейчас убьёт», — поняла девушка, встав на цыпочки. Открыла рот, пытаясь вдохнуть. Вцепилась в его руки пальцами, силясь разжать их, захрипела.

Ширан швырнул её в стену, придавил своим телом. Ирис закрыла глаза, чтобы не видеть его страшное лицо.

Она только что отдалась врагу! Она желала, просила, умоляла его брать её снова и снова. Его, убийцу её родных, насильника и врага.

— Убей, — беззвучно прошептали её губы.

Его жуткое, свистящее дыхание пугало её. Но лучше уж смерть, чем помнить эту ночь.

Пальцы разжались. Ирис сползла на пол, прижала ладони к горлу, торопясь дышать и захлёбываясь кашлем.

— Значит, малыш Кьярваль? — уточнил герцог.

Это был очень страшный голос. Хриплый, но равнодушный.

Девушка вздрогнула всем телом. Оно всё ещё дрожало от впервые пережитого оргазма, душу вороньими когтями рвало осознание унижения, и, не думая о последствия, Ирис ударила наотмашь:

— Да. Ты растоптал меня. Ты сломал меня. Но никогда, Ширан! никогда я тебя не полюблю. Моё тело принадлежит тебе. Но сердце — другому.

И усмехнулась зло и мстительно. Ей хотелось ударить его как можно больнее. Стрелять, как тогда, во сне. За всё. За то, что произошло в Тронном зале, за то, что она пережила здесь. За то, что сама умоляла его, как о милости, чтобы он брал, брал, брал её, ещё и ещё.

Ширан присел на корточки рядом, внимательно посмотрел на девушку, наклонив голову набок, и криво усмехнулся.

— Девочка, мне не нужна твоя любовь. Мне до йопты твоё сердце. Плевать, какое имя ты кричишь, когда я насаживаю тебя на свой член. Сегодня я тобой доволен. Умница. Ты выполнила всё, чего я хотел. И завтра тоже выполнишь. Мне понравилось, и ты заслужила награду. Я подарю тебе голову красавчика Кьяра, будешь любоваться ей на досуге.

Герцог поднялся.

«Что я делаю? — подумала Ирис с запоздалым отчаянием. — Что я говорю?! Ведь я же хотела…»

— Ширан, — отчаянно воскликнула она, схватив его за ногу. — Ты убил моих родителей, ты убил моего брата. Ты… Я не могу тебя простить. Прости, просто не могу. Я пытаюсь, но...

Слова падали, словно дохлые мышки. Всё напрасно! Зелье — напрасно. Вся эта ночь, которую Ирис не сможет потом вспоминать без мучительного стыда — напрасно. Её унижение — напрасно.

— Встань, — брезгливо приказал он.

Ирис повиновалась. Увидела свою рубаху, валяющуюся на полу, подняла, надела, как смогла затянула шнурками порванную горловину. Герцог отошёл к столу. Он был обнажён полностью, и, очевидно, это обстоятельство никак его не смущало.

— Пожалуйста, — прошептала Ирис, в горле застрял острый комок, она попыталась его сглотнуть, — не будьте к нам жестоки.

Ширан усмехнулся презрительно.

Она, содрогаясь от ужаса, наблюдала за ним. Обнажённым герцог выглядел ещё страшнее, чем одетым. Шрамы, татуировки, рельефные мускулы, тело воина, мужчины, не юноши. Он казался ещё огромнее, ещё всесильнее.

— Ширан… я не…

— На сегодня мне достаточно твоих утех. Пошла вон.

Ирис поторопилась выбежать в коридор. «Никогда, клянусь, никогда больше не буду пить зелье страсти!» — в ужасе думала девушка.