Книга Цена любви и мести, страница 169 – Анастасия Разумовская

Эйв пожал плечами. До странности не болевшими. Во всём теле словно не осталось и следа ран, переломов и гематом. Болели лишь сожжённые ладони, но это пустяки.

— Идёт.

— Договорились! — снова рассмеялся Ирги.

Подошёл к стене, положил ладонь на каменную кладку. Стена расступилась, открывая проход. Эйв не понял, как: не было видно ни как открылась дверь, ни как отъехала каменная панель. Было впечатление, будто камень просто растаял. Спаситель перехватил пристальный взгляд спасаемого. Уголки губ Ирги закруглились вверх, превращая губы в скобочку.

— Этот за́мок меня любит, — он подмигнул. — Идём. Ты опаздываешь.

— Ты демон? — прямо уточнил Эйв, встал и пошёл в образовавшийся коридор.

Ирги щёлкнул пальцами, и в темноте вспыхнул лёгкий, словно марево тумана, золотистый свет.

— А тебе сейчас не всё равно? — спросил миролюбиво.

— Ты прав. Всё равно.

— Вот и отличненько.

Ирги хлопнул в ладоши, и камень за ними закрылся, вернее — зарос.

А в это время где-то там, на северо-западе, воздушный шар подлетал к Варговому озеру, и Ирис, уже отрыдавшая, отистерившая, успевшая перекусить лепёшкой, вновь начала судорожно рыдать. Елисель, отчаянно йотпясь, молча обняла её и, тяжело вздохнув, прижала к себе.

— Он погиб! Он точно погиб. И если просто умер, то это ещё хорошо, — навзрыд частила Ирис.

— Слушай, хорош ныть, — не выдержала дочь лекаря. — Сейчас разверну шар, и полетим сдаваться твоему Ширану, раз тебе так без него плохо.

Принцесса вздрогнула.

— Я не могу, — прошептала жалобно. — Я не могу перестать плакать… Просто он для тебя никто, ты не понимаешь…

Елисель насмешливо фыркнула:

— Может, и никто, а может, отец моего будущего ребёнка. Чем Древние не шутят? Хотя, конечно, вероятность ничтожна...

Ирис отстранилась и посмотрела на неё круглыми глазами:

— Ты… ты девушка?

— Ну ты даёшь! — невесело рассмеялась Елисель. — Полночи на моей груди прорыдала и ни о чём не догадалась?

Принцессу хлюпнула носом, обняла подругу по несчастью, прижала к себе.

— Ты его любила, — прошептала, стуча зубами. — Значит, ты — моя сестра. А если у тебя родится ребёнок…

— Ну-ну, — проворчала Елисель, — Хорошо-хорошо. Сестра. Старшая, между прочим. Так что давай-ка помогай. Время пострадать у нас ещё будет. Надеюсь.