Книга Милфа для генерала дракона, страница 79 – Кристина Юраш

— Выпила, — отрезала я, скрипя зубами. — До последней капли.

Он едва заметно кивнул, словно ставя галочку в невидимом списке.

— Завтрак съели?

— Поела, — злилась я.

— Полностью?

Я вспыхнула, чувствуя, как к щекам приливает жар.

— Может быть, мне ещё письменный отчёт составить? С печатью и подписью дворецкого?

Он даже не изменился в лице. Ни один мускул не дрогнул под его холодной, хищной маской.

— Если понадобится, будет и отчет.

Я шумно выдохнула, закатывая глаза.

— Несносный человек, — выдохнула я.

— Вероятно, — усмехнулся он, глядя на меня сверху вниз.

— Самодовольный, — не унималась я, чувствуя, как эта дотошность задевает мою гордость. Я что, маленький ребенок, чтобы меня контролировать?

— Возможно, — согласился он, не сводя с меня взгляда.

— Деспот, — прошептала я, сузив глаза.

— Не исключаю, — шёпотом ответил он.

Сейчас мне показалось, что что-то не так. Мой взгляд скользнул по его фигуре. Он стоял слишком близко. Почти нависал надо мной. Такая… хм… близость, это немного неприлично. И шёпот…

Я прищурилась, скрестив руки на груди, чтобы погасить странное чувство внутри.

— Вы всегда такой? — спросила я в полный голос, чтобы развеять это странное чувство.

— Обычно хуже, — спокойно произнёс он, и в его голосе прозвучала едва уловимая, сухая ирония.

Вот нахал. Я уже открыла рот, чтобы ответить что-нибудь особенно язвительное, но генерал неожиданно прошёл в комнату и открыл смежную дверь.

Он открыл её.

— Теперь можете войти.

Я застыла, готовая к новой схватке, но он просто посторонился, пропуская меня.

— Почему не там, где обычно? — спросила я.

В соседней комнате было совсем иначе. Здесь было тепло. Пахло молоком, нагретым утюгом бельём и чем-то сладковатым.

— Я решил, что так будет лучше. Тем более, что кормилица настояла на этой комнате. Она сказала, что здесь светлее.

Эта комната мне тоже не нравилась. Пустая, унылая, совершенно неподходящая для ребенка. Но, отдать должное, светлая.

У окна стояло широкое кресло, и там тихо, мерно покачивалась женщина.

А у неё на руках...

— Малыш... — выдохнула я. Я даже не заметила, как это слово сорвалось с губ.

Он повернул голову на звук моего голоса. Тёмные, ещё мутные глазки сфокусировались на мне. И вдруг он смешно, по-стариковски сморщил нос.

Я сразу подошла ближе, забывая обо всём на свете.

Новая кормилица поднялась мне навстречу. Совсем не такая, как прежняя, с её фарфоровым лицом и идеальным чепцом.

Эта женщина была невысокой, полной, лет сорока пяти. У неё были большие, натруженные руки с короткими пальцами и простое, открытое лицо. Добрые серые глаза смотрели на меня с теплотой и спокойствием. Такими женщинами пугают детей в сказках, но именно они умеют одним взглядом успокоить плачущего младенца. И почему-то им сразу веришь.

— Доброе утро, госпожа, — сказала она мягко, с лёгкой хрипотцой. Сразу было видно, что к этикету и лести она не была приучена. «Деревенская», — подумала я. Это хорошо.

— Доброе... — пробормотала я. Я почти не слышала собственного голоса, потому что уже осторожно, дрожащими руками брала малыша у неё из рук.

— Здравствуй, мое солнышко... — с нежностью прошептала я, глядя в его личико.

Он внимательно, с нескрываемым любопытством посмотрел на меня. Потом вдруг протянул крошечную ручку и ухватился пальчиками за кружево моего рукава. Маленькие пальчики неожиданно оказались удивительно сильными.