Книга Двойной удар цветущей сакуры, страница 39 – Рина Львович

Касуми занималась скалолазанием, но без страховки ползти по каменистой стене? Однако не было у них другого выбора.

— Идешь первой, на ощупь. Я страхую. — Ася подтолкнула подругу вперед. — Не торопись, тщательно выбирай место для захвата рукой и выступ для ступни. Вперед!

Беглянки замерли у практически отвесной стены. Теперь их единственной надеждой на спасение был этот вертикальный колодец, ведущий куда-то вверх, к свету, о котором они лишь мечтали.

Стена пещеры, некогда казавшаяся гладкой и неприступной, теперь предстала перед ними как изрезанный шрамами путь. Мириады мелких выступов, трещин и даже углублений, оставленных водными потоками, обещали хоть какую-то опору.

Там, высоко над ними, в зияющем провале, где тьма становилась чуть менее абсолютной, пробивался еле заметный, но манящий серый свет. Оттуда, словно жилы старого дракона, свисали толстые, жилистые корни деревьев и кустарников, образуя плотное, непроходимое сплетение.

— Готова? — хрипло прошептала Ася.

Касуми лишь кивнула, глотая ком в горле. Страх сдавливал легкие, но отступать было некуда. Фукуи делает глубокий вдох, чувствуя, как холодный воздух обжигает легкие, и начинает восхождение. Она прижимается к шершавой стене, ощущая каждый выступ, каждую трещину в камне. Это уже не декорации из пенопласта и фанеры, здесь нет страховочных тросов и матов внизу — только голый гранит и бездонная темнота за спиной. Пальцы, сбитые и в крови, находят первую опору. Она медленно, сантиметр за сантиметром, поднимается вверх.

Следом двигается морпех.

Девушка, используя навыки, приобретенные во время своих приключений, ловко находит опору. Ася, с её сильными руками, берется за камень, проверяя его прочность. Пальцы все же скользят по влажному мху, ногти цепляются за острые выступы. Каждое движение требует колоссальных усилий, поэтому и мышцы начинают гореть жгучей болью.

По мере того, как беглянки поднимаются выше, воздух становится немного прохладнее, и редкие капли, падающие сверху, превращаются из ледяных в освежающие.

В какой-то момент нога японки соскальзывает с влажного выступа, и Косуми на мгновение зависает в пустоте, издав короткий вскрик. Сердце пропускает удар, но инстинкты каскадера срабатывают быстрее страха: она резко перебрасывает руку выше, вцепляясь в толстый, переплетенный корень кустарника. Корень опасно хрустит, но выдерживает её вес.

— Почти... ещё немного! — доносится снизу приглушенный голос Аси.

Пальцы Фукуи судорожно обхватили корявый отросток дерева, будто спасательный круг. Корень был холодным и влажным, но невероятно прочным. Девушка подтянулась, ища опору для ног. Оставался один рывок на чистый воздух. Касуми, тяжело дыша, вцепилась в корни кустарника и начала подтягиваться вверх.

* * *

В это время Ёсихиро уже не шел — он выслеживал. Его движения стали почти бесшумными, он двигался по горному гребню, словно призрак. Его разум, отточенный годами дисциплины, отсекал всё лишнее. Он не думал о боли в разбитом носу, он думал о геометрии гор.

— Слишком много камней, слишком много пустот, — прошептал он самому себе, всматриваясь в рельеф скал. Он заметил едва уловимый сквозняк, который шевелил сухую траву у подножия одного из утесов. Опытный глаз воина сразу определил: здесь есть выход воздуха из-под земли. Самурай замер, прислушиваясь. Он не слышал голосов, но чувствовал присутствие. — Такео, — тихо позвал он шиноби. — Видишь ту расщелину? Там «черный ход». Они наверняка попытаются уйти через него.