Книга Единственная, кого не выбрали, страница 76 – Стейси Кроу

Я вздрогнула, пытаясь отступить, но за спиной был край кровати.

Он поднял руку. Медленно. Его пальцы коснулись пряди моих волос у виска. Нежно, почти невесомо, он заправил её за мое ухо. Его прикосновение было ледяным.

И затем его руки, до этого момента сдерживаемые, сомкнулись на мне. Не обняли. Подхватили. Одна под колени, другая за спину, выше талии. Он поднял меня на руки, как ребенка, как мешок с мукой. Накидка сползла с плеч, упав на пол бесшумным комком.

— Прошу, отпустите меня! — Вырвался у меня крик, пронзительный и полный чистейшей паники. Я забилась в его хватке, но его руки были железными. Принц был сильнее, чем казался.

— Ну же, Эллис, будь послушна, — прошептал он, и в его голосе снова прозвучала та самая, знакомая ядовитая насмешка. Весь спектакль с извинениями рассыпался в прах. Это была ловушка.

Он повернулся и понес меня к огромному арочному окну, выходившему не в сад, а на другую сторону дворца — туда, где скалы уходили вниз, в глубокую, заснеженную пропасть между горными пиками.

— Прости, Эллис, — его губы снова коснулись моего уха, и шепот был горячим и полным ледяного удовлетворения. — Так надо.

Одной рукой, всё так же крепко держа меня, он толкнул тяжелую створку балконной двери. Ледяной ветер, дикий и ревущий, ворвался в комнату, сорвав со стола бумаги, загасив несколько свечей. Он вынес меня на узкий, ледяной балкон, огражденный лишь низкой каменной балюстрадой.

И тут время остановилось.

Я увидела под ногами не камень, а пустоту. Белую, кружащуюся от снега и тумана. Глубину, которая, казалось, не имела дна. Я услышала вой ветра, превратившийся в один сплошной, оглушительный рев. Я почувствовала его руки, которые уже не держали, а отпускали.

Не было толчка. Не было броска. Было просто… исчезновение опоры.

Он разжал пальцы.

И я полетела вниз.

Сначала был лишь шок. Ошеломляющая, полная тишина внутри, заглушающая даже рев ветра. Я не кричала. Не могла. Воздух был вырван из легких самим падением. Мир перевернулся. Ледяные стены дворца, этажи с мерцающими окнами, балкон с его фигурой, уже отдаляющейся и растворяющейся, —всё это понеслось вверх, удаляясь с умопомрачительной скоростью. Белая бездна мчалась мне навстречу.

Затем пришло осознание. Чистое, кристально-ясное и всесокрушающее.

Я умираю.

Это не был страх. Это было знание. Абсолютное и бесповоротное. Это конец. Сейчас. Здесь. На ледяном ветру, в чужой, прекрасной и безжалостной стране. Я никогда не увижу Лору. Не расскажу Бэтти о своих приключениях. Не узнаю, чем закончится история принца Каэла.

И странным образом, в этот миг, последний миг, я подумала не о страхе высоты, не о боли, которая вот-вот наступит. Я подумала о нём. О его стальных глазах. Он обещал. Он обещал, что только он имеет надо мной власть. Что я под его защитой.

И он ошибся. Или… его защита закончилась.

Ветер выл в ушах, вырывая слёзы из глаз и унося их вверх, к небу, которое было таким же холодным и безразличным, как всё в этом мире. Я летела, беспомощная кукла в тонкой сорочке, в объятиях ледяной пустоты. Край пропасти, усеянный острыми, как зубья, скалами и снежными заносами, приближался с неумолимой, ужасающей скоростью.

Я зажмурилась, инстинктивно втянув голову в плечи, готовясь к удару, который должен был раздавить, стереть, прекратить всё.