Книга Единственная, кого не выбрали, страница 102 – Стейси Кроу

— Встань, — приказал он. — На колени.

Сердце упало. Я медленно, с трудом заставляя ослабевшие мышцы слушаться, сползла с кровати и опустилась на холодный каменный пол перед ним. Он стоял надо мной, и я поняла, чего он хочет, ещё до того, как он сказал.

— Возьми в рот, — прозвучало без эмоций.

Отвращение подкатило к горлу. Я закрыла глаза, пытаясь отключиться, но запах его кожи, его тела, смешанный с запахом нас самих, был повсюду. Я подчинилась. Действовала механически, словно в тумане, подавляя рвотный рефлекс, стараясь не думать. Его пальцы вцепились в мои волосы, не грубо, но твёрдо, направляя ритм.

Потом он легонько, почти небрежно ударил меня по щеке тыльной стороной пальцев. Удар был не сильным, но унизительным. Я ахнула, и слёзы хлынули с новой силой.

— Тише, — его голос прозвучал над моей головой, и в нем впервые появилась странная, искривленная нота. Почти восхищение. — Меня возбуждают твои слёзы, Иветта. Красивая.

И странное, чудовищное случилось со мной. Сквозь волну стыда и боли, от его слов, от его тона, от всей этой немыслимой жестокости, во мне шевельнулось что-то тёмное и тёплое. Крайне неприятное, запретное, но реальное. Волна возбуждения, грязного и постыдного, промыла меня изнутри, отчего на глаза навернулись новые слёзы, но уже от ужаса перед самой собой.

Он почувствовал моё непроизвольное напряжение, моё смятение. Низкий, удовлетворенный звук сорвался с его губ.

— Вот так, — прошипел он. Его хватка в моих волосах стала жестче, ритм неумолимее. Я не могла дышать, не могла думать, захлебываясь им, его гневом, своим позором и этим предательским, порочным ответом моего собственного тела.

Он кончил мне в рот резкими, содрогающимися толчками, заставляя проглотить каждую каплю его презрения и моей собственной погибели. Потом оттолкнул меня.

Я лежала на холодном камне, давясь и содрогаясь, пытаясь проглотить ком в горле и тот горький, соленый вкус, что навязчиво напоминал о моём падении. Камин потрескивал, но его тепло не доходило до меня. Я была пустой скорлупой, заполненной только стыдом и отзвуками его низкого голоса: «Меня возбуждают твои слёзы».

Шаги приблизились. Я зажмурилась, инстинктивно сжавшись в комок. Но он не ударил. Тень от его тела накрыла меня целиком.

— Встань, — приказал он. Голос был уже не яростным, но все таким же неумолимым, лишенным тепла. — Я ещё не закончил.

Мои конечности не слушались, дрожали мелкой, предательской дрожью. Я оперлась на локоть, поднялась, чувствуя, как по ногам стекают капли его семени, смешанные со слезами унижения. Я не смотрела на него.

— На кровать, — последовала следующая команда.

Я побрела к огромному ложе и беспомощно упала на край, не в силах поднять голову. Матрас прогнулся под его весом, когда он сел рядом, откинувшись на груду подушек. В периферии зрения я видела его бедра, напряженные мышцы живота.

— Ты показала себя грязной обманщицей, — начал он, его палец грубо поддел мой подбородок, заставляя посмотреть на него. Его лицо было спокойным, но в глазах всё ещё тлели угли холодного любопытства и владения. — Но у каждой шлюхи есть свои навыки. Покажи мне, чему тебя научили в Лоске твои предыдущие… покровители.

Я замерла, не понимая. Он уловил моё замешательство, и в уголке его рта дрогнуло подобие улыбки, лишенной всякой доброты.