Книга Единственная, кого не выбрали, страница 105 – Стейси Кроу

Если бы он испытывал ко мне настоящие чувства, он бы поделился. Сказал бы правду. Объяснил, что происходит и чем мне грозит опасность. Но он только гладил по голове и шептал: «Тебе не о чем беспокоиться». Отстранял.

Мы уедем. Скоро. И это притворство закончится. Он вернётся в свою жизнь, полную политики, заговоров и женится на достойной невесте. А я… я вернусь к Лоре. Буду драить полы и молиться Озону, чтобы он помог мне забыть.

Но сможет ли?

Я просто существовала здесь. У меня не было никакой роли, никакой миссии. Я была украшением, декорацией, элементом его легенды. Не надо думать. Не надо выбирать. Только быть.

Но то, что случилось со мной в этой поездке… это изменило меня. Нож в пещере. Пустота под балконом. Его руки, поймавшие меня у самого края. Его губы на моих губах. Это въелось под кожу, сплавилось с костями.

Я уже не знала, кто я такая. Не та Эллис, что дрожала в углу, заслышав шаги хозяйки. И не та, что танцевала в ледяном зале, смеясь и веря в чудо. Я была где-то посередине. В подвешенном состоянии. В ожидании.

Стук в дверь вырвал меня из омута мыслей. Служанка вошла с привычным, отточенным поклоном. Я уже начала привыкать к этому распорядку. Утро. Платье. Завтрак. Тишина.

Сегодня она принесла комплект в светлых тонах, нежно-серый, с меховой оторочкой по вороту и рукавам. Тёплый, уютный, не кричащий.

— Госпожа, — служанка склонила голову, принимая у меня полотенце. — Его светлость принц ждёт вас внизу.

Сердце ёкнуло. Служанка помогла мне собраться и вывела во двор.

Внизу, у парадного входа, меня встретил холодный, прозрачный воздух. И он.

Принц Каэл стоял у широкой лестницы, одетый в тёмно-синий, почти чёрный плащ, и держал под уздцы лошадь. Белую. Не просто белую, сияющую, словно выточенную из первого, нетронутого снега. Высокую, статную, с длинной, струящейся гривой и умными, тёмными глазами.

Я сделала глубокий реверанс, опустив глаза. Ткань платья зашелестела по замёрзшим камням.

— Озон сегодня благосклонен к нам, — произнёс принц, и в его голосе звучала почти непринуждённая лёгкость. — Посмотри, солнце.

Я подняла взгляд. Действительно, серое, вечно хмурое небо Зимы разорвали белые, слепящие лучи. Они падали на снег, превращая его в россыпь бриллиантов. Воздух казался чище, прозрачнее, почти хрустальным.

— Да, ваша светлость, — ответила я, но мой взгляд уже прикипел к лошади. — Погода чудесна.

Никогда в жизни я не видела такого животного. Белая кобыла стояла неподвижно, как изваяние, лишь изредка прядая ушами. Её шкура отливала жемчугом, а грива казалась сотканной из лунного света.

— Это редкая порода, — сказал принц, проследив мой взгляд. — Водятся только в краях Зимы. Их называют ледяными ветрами. Говорят, они рождаются из позёмки и инея и не знают усталости.

Он помолчал, глядя на меня. В его стальных глазах мелькнуло нечто тёплое, почти мальчишеское.

— И сегодня я хочу тебя на ней прокатить, Эллис.

Я замерла. Прокатить? Меня? На лошади? Я не умела ездить верхом. Я вообще никогда не приближалась к этим огромным, прекрасным животным ближе, чем на расстояние метлы, которой сметала навоз с конюшенного двора.

— Ваша светлость, я… — начала я, но он уже шагнул ближе.

— Я знаю, — тихо сказал он. — Ты не умеешь. Я поддержу.

Он взял мою руку и положил её на тёплую, гладкую шею кобылы. Шерсть под пальцами оказалась мягкой и гладкой. Лошадь фыркнула и повернула голову, кося на меня огромным, влажным глазом.