Книга Джинн из кофеварки, страница 17 – Леон Монтан

— Я — дух огня, Валерия, — мягко ответил ифрит, чуть склонив голову. — Я знаю толк в том, что нужно нагревать. Без нарушений уголовного кодекса и порчи имущества.

Лера посмотрела на содержимое кружки, потом снова на него. И вдруг уголки ее губ дрогнули. Это не была широкая улыбка, скорее просто тень, намек на то, что за броней сурового старшего бухгалтера скрывается живой человек.

— Спасибо, — тихо, но абсолютно искренне произнесла она. — Правда. Спасибо, Дамир. Это... это лучший кофе, который я пила в своей жизни.

Слово «спасибо» прозвучало в маленькой кухне громче, чем любой взрыв.

Дамир почувствовал странный толчок где-то под ребрами. Там, где у обычных людей находилось сердце, а у него — ядро концентрированной магии. Это было незнакомое чувство. Оно не имело ничего общего с триумфом от выполненного контракта или радостью от разрушения. Это было что-то теплое, щекочущее, почти человеческое.

Он смотрел на нее — на растрепанную, в спешке надетую блузку, на смазанную тушь у левого глаза, на то, как она двумя руками держит кружку, словно величайшую драгоценность в мире.

И вдруг поймал себя на пугающей мысли: «Мне нравится на нее смотреть. Мне нравится, когда она не хмурится».

Это открытие было настолько внезапным и нелепым, что владыка южных ветров слегка растерялся. Он, покоритель империй, наслаждается видом растрепанной смертной на шестиметровой кухне? Бред, магическая аномалия.

— Иди, — кашлянув, чтобы скрыть заминку, произнес Дамир и отвернулся к окну. — Твоя повозка... электричка... не будет ждать.

Лера кивнула, допила кофе в три больших глотка и рванула в коридор.

— Все, я побежала! — крикнула она уже от двери.

Хлопнула дверь. Щелкнул замок.

Дамир остался один на пропахшей кардамоном кухне. Он медленно подошел к раковине, посмотрел на пустую кружку с надписью «Слезы моих врагов» и осторожно коснулся ободка длинным пальцем.

Он планировал это как холодный, тактический ход. Стратегию по приручению дикого зверя. Он хотел подсадить ее на свои мелкие чудеса, чтобы она сама захотела большего и произнесла заветное желание.

Но сейчас, стоя в тишине утренней квартиры, Дамир понимал, что тактика дала сбой. Потому что ее «спасибо» пробило его собственную броню древнего цинизма быстрее, чем он успел выставить щиты.

— Опасная женщина, — прошептал в пустоту владыка пламени.

Аудит — это слово, придуманное в недрах средневековой инквизиции. Лера была в этом абсолютно уверена. Ни одна пытка испанским сапогом не могла сравниться с тремя представителями налоговой службы, которые с лицами профессиональных могильщиков перебирали первичную документацию за последние три года.

К восьми вечера Лера чувствовала себя так, словно по ней проехал асфальтоукладчик, потом сдал назад и проехался еще раз для верности. У нее дергался глаз, гудели ноги, а в голове непрерывной бегущей строкой крутились номера счетов-фактур и даты накладных.

На улице, как по заказу, начался ледяной октябрьский ливень. Зонт, конечно же, вывернуло порывом ветра еще на подходе к метро.

Когда Лера вставила ключ в замочную скважину своей квартиры, она мечтала только о двух вещах: упасть лицом в подушку и умереть. Ну, или хотя бы впасть в кому до выходных.