Книга Джинн из кофеварки, страница 92 – Леон Монтан

Вместо ожидаемого розового или синего, небо над Москвой внезапно вспыхнуло ослепительным, жидким золотом. Огромное облако, похожее на гигантский подсолнух, расцвело в стратосфере. Оно не просто светилось — оно искрилось, переливаясь всеми оттенками расплавленного металла, от лимонного до глубокого янтарного.

Золотой дым начал медленно оседать на город, превращая сумерки в сюрреалистический полдень.

— Золотой? — Лера моргнула, пытаясь разглядеть хоть какой-то оттенок розового. — Дамир, что это значит? У нас… у нас будет слитковый ребенок?

Марина Петровна уронила бинокль.

— Дамир Халидович, — в её голосе впервые за долгое время послышался страх, смешанный с уважением. — Это что, значит, внук будет сразу с золотой ложкой во рту?

Дамир сам выглядел ошарашенным. Он лихорадочно сверялся с астральными таблицами соответствия цветов.

— Золотой… золотой… Этого нет в стандартном коде! Золотой — это цвет абсолюта! Это цвет синергии! Это значит…

— Это значит, что твой ребенок не хочет вписываться в твои бинарные системы, — усмехнулась Лера, чувствуя невероятный прилив энергии. — Он — золото. Наш личный золотой фонд.

Тем временем в интернете начался хаос. Хэштег #ЗолотоеНебо вышел в мировые тренды за четыре минуты. Метеорологи в прямом эфире пытались объяснить явление «редчайшим оптическим эффектом, вызванным кристаллизацией пыльцы в ионосфере», но им никто не верил. Спецслужбы проверяли уровень радиации, он был в норме, но пахло почему-то восточными сладостями. А на МКС Кевин Смит просто сделал фото и отправил его жене с подписью: «Кажется, в России только что произошло что-то очень важное.»

Дамир медленно опустил руки. Золотое сияние над городом начало медленно бледнеть, оставляя после себя лишь невероятно красивый закат.

— Ну? — Лера подошла к нему и заглянула в глаза. — Так кто там, в золоте?

Дамир осторожно вскрыл конверт, который теперь сам по себе стал золотым слитком. Он заглянул внутрь и… расхохотался. Громко, на всё Отрадное.

— Лера… — он обнял её так крепко, как только мог. — Там написано… там написано, что это человек. Но с твоим характером и моим потенциалом.

— А пол? — не выдержала Марина Петровна.

— Дочь, — прошептал Дамир. — Маленькая, золотая принцесса пламени. Она просто решила, что розовый — это слишком банально для существа, которое уже в утробе знает, как манипулировать стратосферой.

— Дочка… — Лера улыбнулась и прижалась к плечу Дамира. — Золотая девочка. Ну, Дамир, готовься. С таким началом её первый поход в детский сад закончится тем, что воспитатели будут ходить по золотому песку и петь гимны в её честь.

— Я уже договорился с Маликом, — серьезно ответил Дамир. — На выпускной в садике мы устроим северное сияние в форме её любимой игрушки.

— Только через мой труп и согласование с мэрией! — вставила Марина Петровна, но в её глазах тоже светилась гордость.

Этой ночью Москва долго не могла уснуть. Метеорологи писали диссертации, люди гадали на кофейной гуще, а в маленькой квартире будущий папа-ифрит читал вслух книгу «Как воспитать лидера: советы для родителей сверхъестественных существ», а будущая мама-бухгалтер уже прикидывала в Excel стоимость обучения «золотого ребенка» в частном лицее с углубленным изучением магии и высшей математики.

Гендер-пати удалось. Орбита подтвердила: скучно не будет.