Книга Темные углы, страница 95 – Меган Голдин

— Расскажите мне о Хейли, – сказала Рэйчел, когда официантка приняла их заказы.

— Хейли была моей принцессой. Но когда она перешла в старшую школу, все пошло наперекосяк. Она стала невозможной. Я не могла с ней справиться. Джед, он в то время был моим парнем, мог вспылить. Толкал меня. – Грейс прищурилась, пытаясь вспомнить, и вдруг она уставилась на Рэйчел с ужасом. – Вы не из тех добродетелей? Приводите меня сюда поесть, а потом заставляете каждую неделю приходить в церковь, чтобы спасти мою бессмертную душу? Потому что я не принимаю милостыню. Она мне не нужна. И я ее не хочу. А что касается моей души, то я уверена, что ее уже не спасти.

— Я здесь не для того, чтобы спасать чью-то душу. Я просто хочу поговорить с вами, и подумала, что мы могли бы совместить приятное с полезным.

Еще в квартире пожилая женщина почувствовала головокружение. Полагая, что это из-за низкого уровня сахара в крови, Рэйчел отправилась на кухню, чтобы приготовить ей что-нибудь поесть, но обнаружила, что в квартире почти не было еды. Тогда она предложила продолжить разговор за обедом в местном ресторане.

Прошло совсем немного времени, и официантка принесла им еду на большом подносе. Рэйчел дала Грейс поесть молча, потому что сама ела сэндвич с солониной, который заказала вместе с супом. Она подождала, пока они не закончат есть и официантка не унесет остатки еды и не завернет их, чтобы Грейс могла забрать еду с собой.

— Я не была здесь с тех пор, как пропала Хейли, – сказала Грейс, оглядывая закусочную и поедая кусочек яблочного пирога на десерт.

— Когда пропала Хейли? – спросила Рэйчел.

— Шесть лет назад. В июле.

Рэйчел сделала быстрый мысленный подсчет. Это было до того, как Теренс Бейли оказался за решеткой по обвинению во взломе и проникновении. Рэйчел подумала, не может ли Хейли Милрой быть еще одной жертвой Теренса Бейли. Она спросила Грейс, слышала ли она когда-нибудь, чтобы Хейли упоминала Теренса Бейли. Грейс ответила, что нет, но это мало что значило, поскольку Хейли не жила дома, когда ее видели в последний раз.

— Это было трудное время. Для нас обеих, – сказала Грейс. – А когда она уехала, стало еще тяжелее.

— Полиция помогала в поисках? – спросила Рэйчел.

— Полиция ни черта не сделала. Все, что они делают, – это дают мне бланки для заполнения. Я спросила их, почему они не выходят на улицы, чтобы найти моего ребенка. Так они сказали, что она наверняка сбежала от меня, потому что я наркоманка.

У Грейс на глазах навернулись слезы.

— Вы можете рассказать мне, что вам известно об исчезновении Хейли?

— Хейли приехала к нам по пути на работу. Она только что купила себе машину и хотела похвастаться ею. Она увидела большой синяк на моем бедре. Мы с Джедом, хм, сильно повздорили накануне вечером. Хейли сказала мне бросить его. Предложила оплатить программу реабилитации. Я ответила ей: «Как ты собираешься оплачивать программу, куколка? Ты даже не можешь заплатить за квартиру. Что ты собираешься делать, раздвигать ноги?» – Грейс сделала паузу. – Она убежала. Сказала, что больше не хочет видеть. Сказала несколько хороших слов и о Джеде. Джед пошел за ней. У этого человека всегда был короткий запал.

Грейс рассказала, как стояла у окна своей спальни и наблюдала за той перебранкой дочери и парня. Они орали друг на друга, стоя на тротуаре, пока соседка не крикнула, что вызовет полицию, если они не разойдутся. Хейли бросила ключ от квартиры матери под ноги Джеду, а затем забралась в купленную ею старую машину и умчалась прочь.