Онлайн книга «Правила поедания устриц»
|
— Замолчите!!! Звук пощечины сливается со свистящим звуком ножей Кощея, разрезающих воздух. Движение Шей было таким быстрым, что Рактер едва успел оттолкнуть ее и шагнуть вперед, заслоняя собой — от Кощея, который, естественно, попытался защитить его. Он чуть-чуть запоздал с мысленной командой остановиться: два из лезвий успели полоснуть его по руке. Длинные дыры в рубашке крест-накрест, глубокие разрезы на коже, мгновенно налившиеся кровью, как цветок паучьей лилии. Шей расширившимися от ужаса глазами смотрит на его руку, прекрасно осознавая, что это она должна была сейчас пострадать, и двумя ранами дело бы не закончилось. — Вы… Надо наложить жгут, дайте я… — Не надо. Артерия не задета, кровь скоро остановится. — Пауза: они молча смотрят друг на друга; только что пережитый общий испуг — и за себя, и не за себя — протягивается между ними, как ниточка. — Не делайте так больше в присутствии Кощея, пожалуйста, — добавляет Рактер, — он очень опасен, и я все-таки не полностью его контролирую. Сейчас Кощей сжался на земле посередине между ними, почти как побитый пес, виноватый и дезориентированный, не понимающий, кого защищать. Шей молча кивает. Ее взгляд поднимается от мокрого от крови рукава вверх, к его горящей после пощечины скуле. — Простите, — говорит Рактер. — Я наговорил лишнего. Она качает головой: — Вы никогда не говорите лишнего. Только то, что обдуманно решили сказать. Теперь я абсолютно в этом уверена. — После молчания тихо добавляет: — Я поняла, в чем противоречие. Вы правы. Такой взаимности… я не хочу. — И после еще одной паузы, совсем тихо: — Но это было жестоко. Если бы вы знали, о чем говорите, то не стали бы это говорить. Рактер какое-то время молча размышляет. Кровь вытекает из разрезов на предплечье и тут же смывается струями дождя, лужа под его ногами слегка окрасилась красным. Раны — пустяковая цена за хоть и непрямое, но подтверждение того, о чем он какое-то время назад начал догадываться. Шей в разладе сама с собой. Она панически боится секса, но ей отчаянно нужно, чтобы ее любили. Молодой здоровый организм требует свое, но разум сопротивляется, подкидывая какие-то неприятные воспоминания. Он осторожно говорит: — Давайте представим, что я тот самый стереотипный ученый-чудак, который мало понимает в отношениях и просит кое-что ему разъяснить. Мне с вами интересно и комфортно — это вы и сами отлично видите, как видят и остальные на “Дырявой калоше”. Я настолько высоко вас ценю, чтобы допустить, чтобы мое денежное благосостояние, да и сама жизнь в значительной степени зависели от ваших решений. Я, конечно, никогда в вас не влюблюсь как обычный мужчина, и тем не менее вы — самый важный человек в моей жизни, Шей, и я не знаю, кем вас заменить, если с вами что-то случится. Я рассказал вам без утайки то, что не рассказывал никому другому, поделился секретами своего прошлого, предложил разделить со мной будущее. Как бы вы назвали эти чувства, если бы речь шла о ком-то другом, не обо мне?.. На мой взгляд, это кольцо означает все, что должно означать. И я буду рад, если вы в самом деле его примете. Она растерянно моргает, несколько мгновений пытается смотреть ему прямо в глаза, потом все-таки отводит взгляд — смутилась. И не злится больше, или почти не злится. |